Решения и постановления судов

Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 01.06.2005 N Ф08-1780/2005 Суды первой и апелляционной инстанций необоснованно отклонили доводы акционеров о том, что договор залога движимого имущества заключен с нарушением требований норм Федерального закона “Об акционерных обществах“ о порядке совершения сделок с заинтересованностью.

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

от 1 июня 2005 года Дело N Ф08-1780/2005“

(извлечение)

Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа при участии в судебном заседании представителя от истцов: Ф.И.О. Ф.И.О. и Ф.И.О. представителя от ответчика - Сберегательного банка Российской Федерации, в отсутствие ответчика - закрытого акционерного общества “Моррос“ и третьего лица - общества с ограниченной ответственностью “Аригон“, извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев кассационную жалобу Ф.И.О. Ф.И.О. и Ф.И.О. на решение от 02.12.2004 и постановление апелляционной инстанции от 09.03.2005 Арбитражного суда Ростовской области по делу N А53-15508/2004-С4-42, установил следующее.

Акционеры ЗАО “Моррос“ Лященко Н.А., Саввиди Д.А. и Ялтырян А.В. обратились в Арбитражный суд Ростовской области с иском к ЗАО “Моррос“ и Сберегательному банку Российской Федерации (далее - Сбербанк России) о признании недействительным договора залога от 29.08.2003 N 396/2-1, заключенного ЗАО “Моррос“ и Сбербанком России (в лице Центрального отделения N 1806), а также применении последствий его недействительности, предусмотренных пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением от 24.08.2004 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО “Аригон“.

Решением от 02.12.2004 договор залога оборудования от 29.08.2003 N 396/2-1 признан недействительной сделкой. В остальной части иска отказано.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что договор залога от 29.08.2003 N 396/2-1 обеспечивает несуществующее обязательство, поскольку кредитный договор от 29.08.2003 N 396 Сбербанк России и общество “Аригон“ не заключали. Суд отклонил доводы истцов о несоответствии оспариваемого ими договора требованиям Федерального закона “Об акционерных обществах“ о порядке совершения сделок, в которых имеется заинтересованность. В иске о применении последствий недействительности сделки отказано в связи с тем, что имущество, являющееся предметом договора, из владения собственника (ЗАО “Моррос“) не выбывало и объектом взыскания по долгам общества “Аригон“ не является (т. 2, л.д. 36-38).

Постановлением апелляционной инстанции от 09.03.2005 решение от 02.12.2004 изменено, в иске о признании недействительным договора залога от 29.08.2003 N 396/2-1 отказано.

Апелляционный суд установил, что оспариваемый договор залога заключен в обеспечение кредитного договора от 11.12.2002 N 396, а в тексте договора залога допущена техническая ошибка (указана иная дата кредитного договора). Суд пришел также к выводу о том, что договор залога не является сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность членов совета директоров (и акционеров) ЗАО “Моррос“ Ф.И.О. и Ф.И.О. Суд исходил из того, что истцы не доказали получения выгоды от заключения договора залога указанными физическими лицами или обществом “Аригон“ (заемщика по кредитному договору), участниками которого являются эти лица. Кроме того, по мнению суда апелляционной инстанции, истцы не доказали нарушения их прав и законных интересов как акционеров ЗАО “Моррос“ оспариваемой сделкой.

Акционеры Лященко Н.А., Саввиди Д.А., Ялтырян А.В. обжаловали судебные акты в кассационном порядке. В жалобе заявители просят отменить апелляционное постановление и изменить мотивировочную часть решения. По мнению истцов, выводы судебных инстанций о том, что договор залога не является сделкой с заинтересованностью, противоречит статье 81 Федерального закона “Об акционерных обществах“ и материалам дела. Договор залога совершен к выгоде ООО “Аригон“, участниками которого являются акционеры и члены совета директоров ЗАО “Моррос“ Чистяков Валентин Владиславович и Чистяков Владимир Владиславович. Суд апелляционной инстанции необоснованно признал истцов незаинтересованными в оспаривании договора залога, поскольку акционеры имеют право осуществлять контроль за деятельностью акционерного общества, в том числе путем одобрения сделок с заинтересованностью. В результате неисполнения ООО “Аригон“ обязательств по кредитному договору ЗАО “Моррос“ лишится заложенного оборудования, которое непосредственно задействовано в основной производственной деятельности общества.

ЗАО “Моррос“, Сбербанк России и ООО “Аригон“ отзывы на жалобу не предоставили.

В судебном заседании представитель акционеров общества “Моррос“ поддержал доводы кассационной жалобы, представитель Сбербанка России возражал против ее удовлетворения, полагая, что постановление апелляционного суда соответствует нормам материального и процессуального права.

Изучив материалы дела и выслушав представителей сторон, Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что оспариваемые судебные акты подлежат отмене по следующим основаниям.



Как видно из материалов дела и установлено судами, ЗАО “Моррос“ (залогодатель) и Сбербанк России в лице Центрального отделения N 1806 (залогодержатель) заключили договор залога от 29.08.2003 N 396/2-1 (т. 1, л.д. 15-19).

По условиям договора ЗАО “Моррос“ передало в залог Сбербанку России движимое имущество (технологическое оборудование) в обеспечение обязательств третьего лица (ООО “Аригон“) по возврату кредита и уплате процентов, возникших из кредитного договора от 29.08.2003 N 396.

Как правильно указал суд апелляционной инстанции, договор залога N 396/2-1 фактически заключен сторонами во исполнение обязательств ООО “Аригон“ перед Сбербанком России по кредитному договору от 11.12.2002 N 396, а указание в тексте договора залога иной даты кредитной сделки (29.08.2003) является технической ошибкой. Данное обстоятельство подтверждается материалами дела (т. 3, л.д. 19-26).

Полагая, что договор залога заключен с нарушением требований статьи 83 Федерального закона “Об акционерных обществах“ о порядке совершения сделок с заинтересованностью, акционеры ЗАО “Моррос“ предъявили настоящий иск.

Исковые требования мотивированы тем, что договор залога от 29.08.2003 N 396/2-1 является сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность акционеров (совместно владеющих более чем 20% голосующих акций) и членов совета директоров общества “Моррос“ Ф.И.О. и Ф.И.О. одновременно являвшихся на дату совершения оспариваемой сделки участниками ООО “Аригон“. Поскольку решение об одобрении сделки уполномоченными органами ЗАО “Моррос“ не принималось (статья 83 Федерального закона “Об акционерных обществах“), договор залога недействителен.

Право на предъявление иска о признании недействительной сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, предоставлено акционерам пунктом 1 статьи 84 Федерального закона “Об акционерных обществах“.

В обоснование своих требований истцы представили суду протокол годового общего собрания акционеров ЗАО “Моррос“ от 08.06.2003 N 1, содержащий сведения о том, что Чистяков Валентин Владиславович и Чистяков Владимир Владиславович избраны членами совета директоров общества “Моррос“ (т. 1, л.д. 29-35).

Согласно данным реестров акционеров ЗАО “Моррос“ по состоянию на 24.12.2001 и 18.05.2004 акционеры Чистяков Валентин Владиславович и Чистяков Владимир Владиславович имеют в совокупности более 20 процентов обыкновенных (голосующих) акций общества (т. 1, л.д. 37-40).

В деле имеются также протокол внеочередного общего собрания участников ООО “Аригон“ от 24.07.2003 (т. 1, л.д. 21-24), изменения в учредительные документы общества “Аригон“ (т. 1, л.д. 36), которые свидетельствуют о том, что на дату заключения спорного договора акционеры и члены совета директоров ЗАО “Моррос“ Чистяков Валентин Владиславович и Чистяков Владимир Владиславович имели доли в уставном капитале ООО “Аригон“ в размере по 50% каждый, то есть в совокупности владели 100% долей указанного общества.

Однако в нарушение требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предоставленные истцами в обоснование своих доводов доказательства не были предметом исследования судебных инстанций, им не дана правовая оценка. Суды достоверно не установили, являются ли акционеры (члены совета директоров) ЗАО “Моррос“ Чистяков Валентин Владиславович и Чистяков Владимир Владиславович лицами, заинтересованными в совершении сделки.

В соответствии с частью 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела арбитражный суд кассационной инстанции проверяет, соответствуют ли выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела (часть 2 статьи 287 Кодекса).

Таким образом, процессуальный закон, закрепляя пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции, не предоставил последнему права исследовать и оценивать доказательства, которые не были предметом исследования и оценки судов первой и (или) апелляционной инстанции.

Статья 81 Федерального закона “Об акционерных обществах“ (в редакции Федерального закона от 07.08.2001 N 120-ФЗ) предусматривает, что сделка (в том числе залог), в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров общества или акционера общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества, совершается обществом в соответствии с положениями главы XI Закона. Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные (их аффилированные лица) владеют (каждый в отдельности или в совокупности) 20 и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 83 Закона сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена до ее совершения советом директоров общества (если сумма сделки составляет менее двух процентов балансовой стоимости активов общества по данным его бухгалтерской отчетности на последнюю отчетную дату) либо общим собранием акционеров (если предметом сделки является имущество, стоимость которого составляет два и более процента балансовой стоимости активов). Однако в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства одобрения договора залога уполномоченным органом ЗАО “Моррос“.



Отклоняя требования акционеров, суд пришел к выводу о том, что ООО “Аригон“ (заемщик по кредитному договору) не является выгодоприобретателем по сделке залога.

Данный вывод ошибочен, поскольку передача ЗАО “Моррос“ имущества в залог Сбербанку России осуществлена в обеспечение кредитных обязательств ООО “Аригон“ (третьего лица), а следовательно, в интересах последнего. Выгода общества “Аригон“ (и его участников) от заключения спорного договора выразилась в реальном получении крупного банковского кредита (20 млн. рублей) за счет имущества третьего лица (ЗАО “Моррос“). Таким образом, оспариваемая акционерами сделка совершена в интересах организации-заемщика (ООО “Аригон“), но вопреки имущественным интересам залогодателя (общества “Моррос“).

Нормы, содержащиеся в статьях 81 - 84 Федерального закона “Об акционерных обществах“, направлены на предотвращение конфликта интересов между органами управления акционерным обществом, которые в силу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации должны действовать в интересах представляемого ими юридического лица добросовестно и разумно, и акционерами, не способными на этапе заключения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, защитить свои законные интересы. Включая указанные нормы в Федеральный закон “Об акционерных обществах“, законодатель преследовал цель ввести такой механизм защиты акционеров, который позволил бы на данном этапе минимизировать возможный ущерб их законным интересам, не ограничивая при этом их право предъявлять требования о признании соответствующей сделки недействительной.

Согласно пункту 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество. Право залога возникает с момента заключения договора о залоге (пункт 1 статьи 341 Кодекса).

Взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя (кредитора) может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства по обстоятельствам, за которые он отвечает (пункт 1 статьи 348 Кодекса).

Таким образом, оспариваемый истцами договор залога от 29.08.2003 N 396/2-1 обеспечивает кредитные обязательства ООО “Аригон“ и имеет направленность на отчуждение имущества ЗАО “Моррос“. В качестве цели предъявленного иска акционеры указывают устранение неблагоприятных последствий, возникших в связи с исполнением (возможностью исполнения) договора залога имущества (в виде обращения взыскания на используемое в производственной деятельности оборудование банком-кредитором по долгам третьего лица (и его реального отчуждения). Материалы дела свидетельствуют о том, что на имущество ЗАО “Моррос“ Сбербанком России наложен арест (т. 3, л.д. 15). Следовательно, исковые требования направлены на защиту нарушенных прав акционеров общества “Моррос“, не имевших возможности на этапе заключения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, обеспечить защиту своих законных интересов.

Вместе с тем необходимо учитывать, что пункт 1 статьи 84 Федерального закона “Об акционерных обществах“ предоставляет право на предъявление иска о признании недействительной сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, лицам, чьи права или законные интересы были нарушены совершенной сделкой (потерпевшим). Данная законодательная норма не предусматривает права на оспаривание сделки с заинтересованностью лицами, ставшими акционерами общества после ее совершения. Однако в деле отсутствуют доказательства того, что истец Саввиди Д.А. являлся акционером ЗАО “Моррос“ в августе 2003 года, то есть в период заключения ответчиками оспариваемой сделки.

При изложенных обстоятельствах оспариваемые судебные акты подлежат отмене как принятые по неполно исследованным обстоятельствам, имеющим значение для дела, и с нарушением норм права, а дело - направлению на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении суду необходимо разрешить спор на основе всестороннего и полного исследования и оценки как имеющихся в материалах дела, так и дополнительно представленных участвующими в деле лицами документов, а также с учетом обстоятельств, изложенных в настоящем постановлении. Требование истцов о применении реституции подлежит удовлетворению только при наличии оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению между сторонами в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при новом рассмотрении дела.

Руководствуясь статьями 110, 274, 284, 286, 287, 288 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 02.12.2004 и постановление апелляционной инстанции от 09.03.2005 Арбитражного суда Ростовской области по делу N А53-15508/2004-С4-42 отменить, дело передать на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.