Решения и постановления судов

Обобщение практики рассмотрения споров, связанных с применением антимонопольного законодательства (утверждено президиумом Арбитражного суда Свердловской области 16.04.2010)

Утверждено

президиумом

Арбитражного суда

Свердловской области

16 апреля 2010 г.

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

ОБОБЩЕНИЕ

ПРАКТИКИ РАССМОТРЕНИЯ СПОРОВ,

СВЯЗАННЫХ С ПРИМЕНЕНИЕМ АНТИМОНОПОЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА <1>

--------------------------------

<1> Автор: С.П. Воронин - председатель девятого судебного состава Арбитражного суда Свердловской области.

Обобщение подготовлено в соответствии с планом работы Арбитражного суда Свердловской области на первое полугодие 2010 г.

1. Изменение места получения счетов на оплату услуг по месту нахождения структурного подразделения общества, занимающего доминирующее положение на рынке услуг по передаче электрической энергии, не содержит признаков навязывания контрагентам невыгодных для них условий.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения управления Федеральной антимонопольной службы.

Основанием для принятия оспариваемого решения послужил вывод антимонопольного органа о том, что в действиях общества имеется нарушение, выразившееся в навязывании индивидуальному предпринимателю невыгодных условий договора энергоснабжения об осуществлении расчетов в структурном подразделении общества путем направления письма и невыставлении счетов по прежнему месту доставки.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции <2> исходил из доказанности антимонопольным органом факта нарушения антимонопольного законодательства.



--------------------------------

<2> Решение Арбитражного суда Свердловской области от 10 августа 2009 г. по делу N А60-17036/2009-С9.

Постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения судом кассационной инстанции <3>, решение суда первой инстанции отменено, заявление общества удовлетворено по следующим основаниям.

--------------------------------

<3> Постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2009, Федерального арбитражного суда Уральского округа от 21.01.2010 N Ф09-11210/09-С1.

В силу ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ “О защите конкуренции“ (далее - Закон о защите конкуренции) запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц.

Таким образом, состав правонарушения, выражающегося в злоупотреблении хозяйствующим субъектом своим доминирующим положением на рынке, является материальным, поскольку в его конструкцию включены определенные последствия, одним из которых может быть ущемление интересов других лиц. При этом данная категория последствий нарушения антимонопольного законодательства является оценочной и в каждом конкретном случае подлежит тщательному исследованию при рассмотрении антимонопольным органом дел, возбужденных в отношении хозяйствующих субъектов, занимающих доминирующее положение на рынке, с целью установления факта причинения вреда общественным отношениям в сфере конкуренции.

Общество является хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение на рынке оказания услуг по передаче электрической энергии.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение на рынке хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц, в том числе следующие действия (бездействие): навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора (экономически или технологически не обоснованные) и (или) прямо не предусмотренных федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами требования о передаче финансовых средств, иного имущества, в том числе имущественных прав, а также согласие заключить договор при условии внесения в него положений относительно товара, в котором контрагент не заинтересован, и другие требования.

Отношения между обществом и индивидуальным предпринимателем урегулированы договором энергоснабжения.

Письмом общество сообщило предпринимателю о своем намерении изменить условие о месте осуществления расчетов по названному договору. В дальнейшем общество также письмом довело до сведения предпринимателя, что расчетно-договорная работа будет осуществляться в соответствующем структурном подразделении общества.

Наличие правонарушения антимонопольный орган обосновывает ссылкой на включение в договор с предпринимателем п. 8.8 (условия договора считаются измененными по соглашению сторон либо, если в течение 30 дней с момента направления одной из сторон предложения об изменении условий договора, от другой стороны не получен ответ), который, по его мнению, противоречит действующему гражданскому законодательству.

Между тем предметом антимонопольного правонарушения является навязывание контрагенту условия договора, а не его противоречие закону. Антимонопольный орган должен доказать факт злоупотребления хозяйствующим субъектом своим доминирующим положением на рынке. При этом, прекращая нарушение антимонопольного законодательства, антимонопольный орган не вправе в рамках своей компетенции разрешать гражданско-правовые споры хозяйствующих субъектов.

Изменение места получения счетов на оплату услуг по месту нахождения структурного подразделения общества не содержит признаков навязывания предпринимателю невыгодных для него условий, а само по себе направление обществом предложения изменить договор на таких условиях, при отсутствии признаков навязывания, не образует состава правонарушения, предусмотренного п. 3 ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции.

2. Действия общества, направленные на уклонение от заключения с предпринимателем договора энергоснабжения в связи с отсутствием акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности при наличии опосредованного присоединения к электрической сети, являются нарушением антимонопольного законодательства.



Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения управления Федеральной антимонопольной службы и выданного на его основе предписания об устранении нарушений антимонопольного законодательства. Основанием для принятия оспариваемого решения явился вывод антимонопольного органа о том, что общество, уклоняясь от заключения договора энергоснабжения, нарушило п. 5 ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций <4>, в удовлетворении заявления отказано по следующим основаниям.

--------------------------------

<4> Решение Арбитражного суда Свердловской области от 10 августа 2009 г. по делу N А60-13567/2009-С9, постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16 октября 2009 г., Федерального арбитражного суда Уральского округа от 20 января 2010 г. N Ф09-11099/09-С1.

Согласно п. 5 ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение на рынке хозяйствующего субъекта, содержащие экономически или технологически не обоснованные отказ либо уклонение от заключения договора с отдельными покупателями (заказчиками) в случае наличия возможности производства или поставок соответствующего товара, а также в случае, если такой отказ или такое уклонение прямо не предусмотрены федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами.

В соответствии с п. 2 ст. 37 Федерального закона от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ “Об электроэнергетике“ (далее - Федеральный закон об электроэнергетике) в случае, если поставщиком электрической энергии по договору купли-продажи электрической энергии выступает гарантирующий поставщик, заключение такого договора с обратившимся к нему физическим или юридическим лицом в отношении энергопринимающих устройств, расположенных в зоне деятельности гарантирующего поставщика, является для него обязательным.

Исходя из положений п. 61 Правил функционирования розничных рынков электрической энергии в переходный период реформирования электроэнергетики, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 31 августа 2006 г. N 530, гарантирующий поставщик вправе отказаться от заключения договора энергоснабжения (договора купли-продажи (поставки) электрической энергии) с заявителем в случае:

отсутствия технологического присоединения в установленном порядке соответствующих энергопринимающих устройств к электрическим сетям;

нахождения точек поставки на розничном рынке, в отношении которых заявитель намеревается заключить договор, вне зоны деятельности гарантирующего поставщика.

Общество является хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение на рынке оказания услуг по передаче электрической энергии.

Индивидуальный предприниматель обратился к обществу с заявкой на заключение договора купли-продажи электрической энергии. К заявке были приложены копии актов установки приборов учета электроэнергии, копии паспортов приборов учета электроэнергии, перечень электрооборудования на объектах, схемы электроснабжения объектов, т.е. документы, подтверждающие надлежащее технологическое присоединение принадлежащих ему объектов к сетям сетевой организации.

Общество запросило у предпринимателя акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности электрических сетей с сетевой организацией. Из-за имеющихся разногласий в части определения собственника участка электросети предоставить указанный акт оказалось невозможным. Предпринимателю данные участки в собственность не передавались. По причине непредставления акта, который, по мнению общества, подтверждал бы факт технологического присоединения, договор энергоснабжения с предпринимателем не был заключен.

Поскольку оснований, перечисленных в п. 61 Правил функционирования, для отказа у общества не имелось, а факт опосредованного присоединения к электрической сети сетевой компании подтверждается материалами дела, суд признал необоснованным уклонение общества от заключения договора энергоснабжения со ссылкой на такое основание для отказа, как отсутствие акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности электрических сетей.

3. Если общество является управляющей компанией, оказывающей услуги по организации и обеспечению торгового комплекса коммунальными и эксплуатационными услугами, и не оказывает услуги по передаче электрической энергии, на него не распространяются ограничения, установленные п. 10 ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения управления Федеральной антимонопольной службы, которым установлен факт нарушения обществом порядка ценообразования.

По мнению антимонопольного органа, нарушение порядка ценообразования выразилось в оказании обществом услуг по передаче электрической энергии с взиманием платы в размере, не установленном уполномоченным органом в области регулирования тарифов.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций <5>, заявленные требования удовлетворены на основании следующего.

--------------------------------

<5> Решение Арбитражного суда Свердловской области от 28 мая 2009 г. по делу N А60-6825/2009-С9, постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 августа 2009 г. N 17АП-6222/2009-АК, Федерального арбитражного суда Уральского округа от 16 ноября 2009 г. N Ф09-8893/09-С1.

В соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение на рынке хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц, в том числе путем нарушения установленного нормативными правовыми актами порядка ценообразования.

Основные понятия в сфере электроэнергетики определены в ст. 3 Федерального закона об электроэнергетике, в соответствии с которой потребителями электрической и тепловой энергии являются лица, приобретающие электрическую и тепловую энергию для собственных бытовых и (или) производственных нужд; под услугами по передаче электрической энергии понимается комплекс организационно и технологически связанных действий, в том числе по оперативно-технологическому управлению, обеспечивающих передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей в соответствии с требованиями технических регламентов.

Оказание услуг по передаче электрической энергии осуществляется на основе договора возмездного оказания услуг. Обязательным условием оказания услуг по передаче электрической энергии покупателю является его участие в оптовом рынке или наличие у него покупателя заключенного с производителем или иным поставщиком электрической энергии договора купли-продажи электрической энергии, исполнение обязательств по которому осуществляется надлежащим образом (п. 2 ст. 26 Федерального закона об электроэнергетике).

В п. 6 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. N 861, предусмотрено, что собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату.

Указанные собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, вправе оказывать услуги по передаче электрической энергии с использованием принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства после установления для них тарифа на услуги по передаче электрической энергии. В этом случае к их отношениям по передаче электрической энергии применяются положения настоящих Правил, предусмотренные для сетевых организаций.

В силу ч. 2 ст. 539 Гражданского кодекса Российской Федерации (Далее - ГК РФ) договор энергоснабжения заключается с абонентом при наличии у него отвечающего установленным техническим требованиям энергопринимающего устройства, присоединенного к сетям энергоснабжающей организации, и другого необходимого оборудования, а также при обеспечении учета потребления энергии.

Из анализа указанных норм следует, что обеспечить передачу (переток) электрической энергии владелец объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя может только при условии заключения договора купли-продажи электроэнергии между поставщиком электроэнергии и потребителем. В свою очередь договор купли-продажи электрической энергии потребитель может заключить лишь в случае, если у него имеются энергопринимающее устройство и прибор учета электроэнергии.

Обществу переданы функции управляющей компании объектом недвижимости (торговый комплекс), в состав которого входят помещения, принадлежащие на праве собственности как обществу, так и иным лицам. Общество является собственником энергопринимающего оборудования, присоединенного к сетям энергоснабжающей организации, в связи с чем подача электроэнергии в торговые помещения третьих лиц осуществляется через электроустановки общества. У иных собственников помещений в торговом комплексе отсутствуют энергопринимающие устройства и приборы учета.

С целью энергоснабжения торгового комплекса общество приобретает электрическую энергию по договору энергоснабжения, заключенному с гарантирующим поставщиком. В свою очередь, с собственниками помещений общество заключает договоры на возмещение расходов, связанных с использованием коммунальных и эксплуатационных услуг, в том числе расходов на ремонт и обслуживание технических устройств, обеспечивающих эксплуатацию объекта (теплоузел, электрощитовая, насосная), а также дополнительных вспомогательных помещений. Стоимость содержания рассчитана и включена в стоимость общей услуги по коммунальному и эксплуатационному обслуживанию на 1 кв. м, что позволяет определить долю каждого собственника нежилого помещения торгового комплекса в несении таких расходов.

Предоставление услуг, связанных с организацией и обеспечением торгового комплекса коммунальными и эксплуатационными услугами, в части нежилых помещений, принадлежащих третьим лицам на праве собственности, и вспомогательных помещений, необходимых для использования помещений третьими лицами по их назначению, обусловлено тем, что торговый комплекс имеет единую систему инженерных коммуникаций, а вспомогательные помещения и оборудование, необходимые для обеспечения деятельности торгового комплекса находятся в собственности общества.

Таким образом, фактически общество является управляющей компанией, оказывающей услуги, связанные с организацией и обеспечением торгового комплекса коммунальными и эксплуатационными услугами, а услуг по передаче электрической энергии не оказывает. С учетом того, что антимонопольным органом не доказано, что общество нарушило законодательство в сфере порядка ценообразования, решение антимонопольного органа и выданное на его основе предписание об устранении нарушений законодательства являются недействительными.

4. Осуществление хозяйствующими субъектами согласованных действий, которые привели к установлению (поддержанию) единых цен на нефтепродукты, признано нарушением п. 1 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции, поскольку данные действия совершены на одном товарном рынке, являлись относительно синхронными и единообразными, а также осуществлены хозяйствующими субъектами при отсутствии объективных причин.

Общества “Е“ и “Л“ обратились в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительным решения управления Федеральной антимонопольной службы.

Основанием для вынесения оспариваемого решения послужил факт выявления антимонопольным органом нарушения, выразившегося в осуществлении согласованных действиях двумя обществами на розничных рынках нефтепродуктов г. Екатеринбурга, которые привели к установлению (поддержанию) единых цен на нефтепродукты.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций <6>, в удовлетворении заявленных требований отказано по следующим основаниям.

--------------------------------

<6> Решение Арбитражного суда Свердловской области от 25 ноября 2008 г. по делу N А60-20127/2008-С9, А60-20251/2008-С9, постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 2 февраля 2009 г., Федерального арбитражного суда Уральского округа от 28 апреля 2009 г. N Ф09-2508/09-С1.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами или согласованные действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке, если такие соглашения или согласованные действия приводят или могут привести, в том числе, к установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат), наценок.

В силу ч. 1 ст. 8 Закона о защите конкуренции согласованными действиями хозяйствующих субъектов являются их действия на товарном рынке, удовлетворяющие совокупности следующих условий: результат таких действий соответствует интересам каждого из указанных хозяйствующих субъектов только при условии, что их действия заранее известны каждому из них; действия каждого из указанных хозяйствующих субъектов вызваны действиями иных хозяйствующих субъектов и не являются следствием обстоятельств, в равной мере влияющих на все хозяйствующие субъекты на соответствующем товарном рынке. Такими обстоятельствами, в частности, могут быть изменение регулируемых тарифов, изменение цен на сырье, используемое для производства товара, изменение цен на товар на мировых товарных рынках, существенное изменение спроса на товар в течение не менее чем одного года или в течение срока существования соответствующего товарного рынка, если такой срок составляет менее чем один год.

Общества принадлежат к различным компаниям и не могут быть связаны единой ценовой политикой. У них разные поставщики, которые поставляют им нефтепродукты по различным закупочным ценам, а также объемы закупа и реализации, т.е. налицо разные субъективные экономические факторы, влияющие на формирование розничных цен.

Вместе с тем оба общества на протяжении достаточно продолжительного времени использовали определенную модель поведения в области изменения цен, позволявшую каждому из них вне зависимости от обстоятельств устанавливать и поддерживать цены Ф.И.О. не боясь потерять покупателей, поскольку каждое из обществ знало, что другое общество поднимет свою цену следом, а первое при этом не примет решение о ее снижении.

Согласованность действий достигалась путем регулярных и периодических повторений одних и тех же действий в условиях абсолютного коллективного доминирования. Доля общества “Л“ на товарном рынке г. Екатеринбурга составляла 36,2%, общества “Е“ - 29,1%.

Таким образом, установление одинаковых цен на нефтепродукты и практически одновременное их повышение, свидетельствуют о согласованности действий общества “Е“ и “Л“.

5. Эфирное и кабельное телевидения относятся к различным товарным рынкам, поэтому операторы, осуществляющие деятельность в области трансляции и распределения телевизионных программ на таких рынках, не могут быть признаны конкурентами.

Общество “Т“ обратилось в арбитражный суд с заявлением к управлению Федеральной антимонопольной службы о признании недействительным решения, а также о признании недействительным выданного на его основе предписания антимонопольного органа.

По мнению антимонопольного органа, оспариваемые решение и предписание являются законными, поскольку согласованные действия обществ “Т“ и “К“ обусловили создание препятствий к доступу на товарный рынок общества “О“.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций <7>, заявленные требования удовлетворены на основании следующего.

--------------------------------

<7> Решение Арбитражного суда Свердловской области от 27 апреля 2009 г. по делу N А60-5837/2009-С9, постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09 июля 2009 г. N 17АП-5016/2009-АК, Федерального арбитражного суда Уральского округа от 12 октября 2009 г. N Ф09-7875/09-С1.

Пунктом 8 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами или согласованные действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке, если такие соглашения или согласованные действия приводят или могут привести, в частности, к созданию препятствий доступу на товарный рынок или выходу из товарного рынка другим хозяйствующим субъектам.

Из содержания ст. 31 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. N 2124-1 “О средствах массовой информации“ следует, что лицензии на вещание выдаются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным Правительством Российской Федерации. Лицензия на вещание дает ее держателю право, используя технические средства эфирного, проводного или кабельного телерадиовещания, в том числе находящиеся в его собственности, осуществлять с соблюдением лицензионных условий распространение продукции средств массовой информации, зарегистрированных в соответствии с названным Законом.

Согласно ст. 1329 ГК РФ организацией эфирного или кабельного вещания признается юридическое лицо, осуществляющее сообщение в эфир или по кабелю радио- или телепередач (совокупности звуков и (или) изображений или их отображений). В силу положений п. 5 ст. 1330 ГК РФ организации эфирного и кабельного вещания осуществляют свои права с соблюдением прав авторов произведений.

Общество “Т“ согласно лицензиям на осуществление телевизионного вещания является организацией эфирного вещания, обладающей в силу п. 1 ст. 1330 ГК РФ исключительным правом на сообщение телепередач. Исключительное право на произведение в силу ст. 1255 ГК РФ является авторским правом. Предоставление права использования произведения в соответствии с п. 1 ст. 1233 ГК РФ есть один из способов распоряжения исключительным правом на произведение (авторским правом).

Будучи организацией эфирного вещания и обладателем исключительного права на сообщение телепередач, общество “Т“ в соответствии со ст. 1308, подп. 4 п. 2 ст. 1330 ГК РФ предоставляет другим организациям эфирного и кабельного вещания право осуществлять ретрансляцию.

Между обществами “Т“ и “К“ заключен договор, согласно которому общество “Т“ предоставляет обществу “К“ (вещателю), действующему в качестве организации эфирного вещания, право на прямое (в режиме реального времени) одноразовое сообщение в эфир (ретрансляцию) сообщения телепередач общества “Т“ на территории города “В“ с использованием технических средств эфирного телевещания, а вещатель обязуется, в частности, осуществлять прием сигнала и ретрансляцию программных блоков, а также оплачивать обществу “Т“ стоимость передаваемых прав на ретрансляцию программных блоков в порядке и на условиях, определенных договором. Данный договор в силу ст. 1308 ГК РФ является лицензионным.

Общество “К“ имеет лицензию на оказание услуг связи для целей эфирного вещания и лицензию на оказание услуг связи для целей кабельного вещания. Общество “О“ имеет лицензию на осуществление телевизионного вещания способом распространения массовой информации - телевидение кабельное. Следовательно, общества “К“ и “О“ не являются конкурентами на рынке эфирного телевизионного вещания.

Поскольку общество “О“ не является участником данного рынка, договор, заключенный между обществами “Т“ и “К“, не может сам по себе каким-либо образом нарушать его права и законные интересы.

Таким образом, действия общества “К“, связанные с приобретением, использованием исключительного права на результат интеллектуальной деятельности, - сообщение в эфир телепрограмм общества “Т“, а также действия, связанные с распоряжением принадлежащим ему исключительным правом, не противоречат действующему законодательству, следовательно, не направлены на получение преимуществ перед обществом “О“ и не ограничивают его в приобретении права на эфирное вещание. При таких обстоятельствах оспариваемые решение и предписание антимонопольного органа являются недействительными.

6. В действиях общества по распространению листовок, содержащих информацию о необходимости своевременного обмена полисов обязательного медицинского страхования на полисы нового образца, об адресах, по которым можно осуществить обмен, о необходимых для обмена документов, имеются признаки недобросовестной конкуренции, поскольку они направлены на получение преимуществ при осуществлении деятельности по обязательному медицинскому страхованию.

Страховая компания “У“ обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения управления Федеральной антимонопольной службы.

Основанием для принятия решения послужило выявление антимонопольным органом нарушения, выразившегося в распространении информационных листовок о своевременном обмене полисов обязательного медицинского страхования на полисы нового образца с расположенным на другой стороны листовки бланком необходимого для такого обмена заявления о смене страховщика на страховую компанию “У“.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций <8>, в удовлетворении заявления отказано по следующим основаниям.

--------------------------------

<8> Решение Арбитражного суда Свердловской области от 15 сентября 2009 г. по делу N А60-23496/2009-С9, постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19 ноября 2009 г. N 17АП-10621/2009-АК, Федерального арбитражного суда Уральского округа от 19 февраля 2010 г. N Ф09-771/10-С1.

Частью 1 ст. 14 Закона о защите конкуренции установлен запрет на недобросовестную конкуренцию.

Из содержания подп. 9 ст. 4 Закона о защите конкуренции следует, что недобросовестной конкуренцией являются любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.

Страховая компания “У“ через почтовые ящики жилых домов распространяла листовки, содержащие информацию о необходимости своевременного обмена полисов обязательного медицинского страхования на полисы нового образца, об адресах, по которым можно осуществить обмен, о требуемых для обмена документов.

Листовки были выполнены на бланках страховой компании, адресованы всем жителям г. Екатеринбурга и фактически содержали информацию о необходимости при обмене полисов изменить страховщика на страховую компанию “У“.

Таким образом, в действиях страховой компании “У“ по распространению листовок имеются признаки недобросовестной конкуренции, поскольку они направлены на получение преимуществ при осуществлении деятельности по обязательному медицинскому страхованию, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и могут причинить убытки или нанести вред деловой репутации других хозяйствующих субъектов - конкурентов.

7. В предписании антимонопольного органа об устранении нарушений должны быть указаны существо допущенного нарушения, а также конкретные действия, которые должен совершить нарушитель, при этом предписание должно быть исполнимым.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными решения управления Федеральной антимонопольной службы и предписания, выданного на его основе.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции <9> пришел к выводу о несоответствии оспариваемых ненормативных правовых актов действующему законодательству.

--------------------------------

<9> Решение Арбитражного суда Свердловской области от 08 мая 2009 г. по делу N А60-1840/2009-С9.

Постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения судом кассационной инстанции <10>, оспариваемое решение антимонопольного органа признано законным, поскольку заявителем были допущены нарушения п. 3 ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции, в связи с чем решение суда первой инстанции в данной части было отменено. При этом вывод суда первой инстанции о незаконности оспариваемого предписания антимонопольного органа был признан правильным на основании следующего.

--------------------------------

<10> Постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 июля 2009 г. N 17АП-5292/2009-АК, Федерального арбитражного суда Уральского округа от 1 октября 2009 г. N Ф09-7512/09-С1.

В силу ст. 50 Закона о защите конкуренции по результатам рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства на основании решения по делу комиссия выдает предписание ответчику по делу.

Приказом Федеральной антимонопольной службы России от 22 декабря 2006 г. N 337 утверждены формы актов, принимаемых комиссией по рассмотрению дела о нарушении антимонопольного законодательства, в том числе приложением N 7 утверждена форма предписания комиссии, согласно которой в предписании должно быть конкретно указано, в чем выразилось допущенное нарушение и какие конкретные действия должен совершить ответчик по делу.

Антимонопольным органом выявлен факт нарушения обществом положений Закона о защите конкуренции, которое выразилось в навязывании контрагенту невыгодных условий договора о стоимости технологического присоединения к электросетям энергопринимающих устройств.
“br>Из текста оспариваемого предписания следует, что антимонопольным органом обществу предписано устранить допущенные им нарушения антимонопольного законодательства путем составления актов в соответствии с п. 19 Правил технологического присоединения в течение 10 дней.

Антимонопольный орган не только не определил конкретные действия, какие надлежит совершить обществу для завершения надлежащего технологического присоединения к сетям его контрагентов, но и установил нереальный срок для исполнения предписания.

Таким образом, предписание антимонопольного органа, не содержащее конкретных условий договора, признанных невыгодными, и конкретных действий, которые должно совершить общество в целях устранения нарушений, признано судом незаконным в связи с его неисполнимостью.

8. Общество неправомерно привлечено к ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 14.32 КоАП РФ, поскольку на момент заключения договора ограничивающего конкуренцию, ответственность за совершение данного правонарушения отсутствовала.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления антимонопольного органа о привлечении к административной ответственности, предусмотренной ст. 14.32 КоАП РФ.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций <11>, заявленные требования удовлетворены на основании следующего.

--------------------------------

<11> Решение Арбитражного суда Свердловской области от 19 декабря 2008 г. по делу N А60-30568/2008-С9, постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12 февраля 2009 г., Федерального арбитражного суда Уральского округа от 15 апреля 2009 г. N Ф09-2129/09-С1.

Заключение соглашений, ограничивающих конкуренцию, а равно участие в них и осуществление ограничивающих конкуренцию согласованных действий, а также координация экономической деятельности хозяйствующих субъектов, недопустимая в соответствии с антимонопольным законодательством, влекут административную ответственность по ст. 14.32 КоАП РФ. Данная норма внесена в КоАП РФ Федеральным законом от 9 апреля 2007 г. N 45-ФЗ “О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях“ и вступила в действие с 13.05.2007.

В силу ст. 54 Конституции Российской Федерации никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением.

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 1.7 КоАП РФ лицо, совершившее административное правонарушение, подлежит ответственности на основании закона, действовавшего во время совершения административного правонарушения. Закон, устанавливающий или отягчающий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Договор, ограничивающий конкуренцию, был заключен обществом 12 апреля 2007 г., т.е. до введения в действие ст. 14.32 КоАП РФ.

Таким образом, основания для привлечения общества к административной ответственности, предусмотренной ст. 14.32 КоАП РФ, вступившей в силу после совершения противоправного деяния, отсутствуют.

9. Событие административного правонарушения, предусмотренного ст. 14.32 КоАП РФ, выражается в заключении обществом договора, ограничивающего конкуренцию, следовательно, моментом совершения обществом вменяемого ему административного правонарушения является дата подписания договора.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления антимонопольного органа о привлечении к административной ответственности, предусмотренной ст. 14.32 КоАП РФ.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций <12>, заявленные требования удовлетворены на основании следующего.

--------------------------------

<12> Решение Арбитражного суда Свердловской области от 28 ноября 2008 г. по делу N А60-30218/2008-С9, постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27 января 2009 г., Федерального арбитражного суда Уральского округа от 27 апреля 2009 г. N Ф09-2513/09-С1.

В силу ч. 6 ст. 210 АПК РФ при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет, в частности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности.

Согласно п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению, в том числе, в случае истечения сроков давности привлечения к административной ответственности.

Из содержания ст. 14.32 КоАП РФ следует, что объективную сторону административного правонарушения образует каждое из двух самостоятельных действий, в частности, заключение хозяйствующим субъектом ограничивающего конкуренцию и недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации соглашения или осуществление хозяйствующим субъектом ограничивающих конкуренцию и недопустимых в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации согласованных действий.

Статьей 4.5 КоАП РФ предусмотрено, что за нарушение антимонопольного законодательства Российской Федерации постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечении одного года со дня совершения административного правонарушения. Событие вменяемого обществу административного правонарушения выражается в заключении 12 апреля 2007 г. договора, ограничивающего конкуренцию. Моментом совершения обществом данного правонарушения является дата подписания договора. Оспариваемое постановление о привлечении общества к административной ответственности, предусмотренной ст. 14.32 КоАП РФ, вынесено антимонопольным органом 13 октября 2008 г.

Таким образом, на момент вынесения оспариваемого постановления срок давности привлечения к административной ответственности истек.

10. Нарушение срока представления в антимонопольный орган сведений не образует объективную сторону правонарушения по ч. 5 ст. 19.8 КоАП РФ.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления антимонопольного органа о привлечении к административной ответственности, предусмотренной ч. 5 ст. 19.8 КоАП РФ.

Решением суда первой инстанции <13> заявленные требования удовлетворены в связи с отсутствием в действиях общества состава административного правонарушения.

--------------------------------

<13> Решение Арбитражного суда Свердловской области от 29 июня 2009 г. по делу N А60-20091/2009-С9.

Суд апелляционной инстанции <14> судебное решение оставил без изменения, указав на наличие в действиях общества состава вменяемого ему административного правонарушения и признав правонарушение малозначительным.

--------------------------------

<14> Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20 августа 2009 г. N 17АП-6731/2009-АК.

Суд кассационной инстанции <15> судебные акты нижестоящих судов оставил без изменения, исходя из следующего.

--------------------------------

<15> Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 10 ноября 2009 г. N Ф09-8642/09-С1.

Частью 5 ст. 19.8 КоАП РФ установлена административная ответственность за непредставление в федеральный антимонопольный орган, его территориальный орган сведений (информации), предусмотренных антимонопольным законодательством Российской Федерации, в том числе за непредставление сведений (информации) по требованию указанных органов, за исключением случаев, предусмотренных ч.ч. 3 и 4 данной статьи, а равно за представление в федеральный антимонопольный орган, его территориальный орган заведомо недостоверных сведений (информации).

Объективную сторону данного правонарушения образуют непредставление в федеральный орган, его территориальный орган сведений (информации) по требованию указанных органов либо представление заведомо недостоверных сведений. Нарушение срока представления сведений не образует объективную сторону правонарушения.

Общество представило документы, запрошенные в связи с рассмотрением в отношении него дела об административном правонарушении, с нарушением установленного антимонопольным органом срока.

Следовательно, вывод суда апелляционной инстанции о том, что указанные действия образуют объективную сторону правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 5 ст. 19.8 КоАП РФ, является ошибочным.

11. Обязанность представлять документы по требованию антимонопольного органа не поставлена в зависимость от наличия либо отсутствия факта нарушения антимонопольного законодательства, антимонопольный орган вправе запрашивать документы и информацию в целях осуществления им проверочных мероприятий в рамках предоставленных законом полномочий.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления антимонопольного органа о привлечении его к административной ответственности, предусмотренной ч. 5 ст. 19.8 КоАП РФ. Считая привлечение к административной ответственности незаконным, общество ссылается на то, что решение антимонопольного органа, являющееся основанием для вынесения оспариваемого постановления, обжаловано в арбитражный суд и его действие должно быть приостановлено до вступления судебного акта в законную силу.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций <16>, в удовлетворении заявления отказано по следующим основаниям.

--------------------------------

<16> Решение Арбитражного суда Свердловской области от 12 августа 2009 г. по делу N А60-31077/2009-С9, постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 7 октября 2009 г. N 17АП-8722/2009-АК, Федерального арбитражного суда Уральского округа от 14 января 2010 г. N Ф09-10844/09-С1.

Частью 5 ст. 19.8 КоАП РФ установлена административная ответственность за непредставление в федеральный антимонопольный орган, его территориальный орган сведений (информации), предусмотренных антимонопольным законодательством Российской Федерации, в том числе непредставление сведений (информации) по требованию указанных органов, за исключением случаев, предусмотренных ч.ч. 3 и 4 данной статьи, а равно представление в федеральный антимонопольный орган, его территориальный орган заведомо недостоверных сведений (информации).

В соответствии с п.п. 1, 11 ч. 1 ст. 23 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган возбуждает и рассматривает дела о нарушениях антимонопольного законодательства, проводит проверку соблюдения антимонопольного законодательства коммерческими организациями, некоммерческими организациями, федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, физическими лицами, получает от них необходимые документы и информацию, объяснения в письменной или устной форме, в установленном законодательством Российской Федерации порядке обращается в органы, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, с просьбой о проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Согласно ч. 1 ст. 25 Закона о защите конкуренции коммерческие организации и некоммерческие организации (их должностные лица), федеральные органы исполнительной власти (их должностные лица), органы государственной власти субъектов Российской Федерации (их должностные лица), органы местного самоуправления (их должностные лица), иные осуществляющие функции указанных органов органы или организации (их должностные лица), а также государственные внебюджетные фонды (их должностные лица), физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели, обязаны представлять в антимонопольный орган по его мотивированному требованию документы, объяснения в письменной или устной форме, информацию (в том числе информацию, составляющую коммерческую, служебную, иную охраняемую законом тайну), необходимые антимонопольному органу в соответствии с возложенными на него полномочиями для рассмотрения заявлений и материалов о нарушении антимонопольного законодательства, дел о нарушении антимонопольного законодательства, осуществления контроля за экономической концентрацией или определения состояния конкуренции.

Общество не представило запрошенные антимонопольным органом документы в установленный срок. Доказательств того, что обществом предпринимались необходимые и достаточные меры для соблюдения требований антимонопольного законодательства, в материалах дела не содержится.

Довод общества о неправомерности привлечения его к административной ответственности по ч. 5 ст. 19.8 КоАП РФ в связи с тем, что решение антимонопольного органа, которое послужило основанием для возбуждения дела об административном правонарушении, им обжаловано в арбитражный суд, судами был отклонен, поскольку обязанность представлять документы по требованию антимонопольного органа не поставлена законом в зависимость от наличия (отсутствия) факта нарушения антимонопольного законодательства, антимонопольный орган вправе запрашивать документы и информацию в целях осуществления им проверочных мероприятий в рамках предоставленных полномочий.