Решения и постановления судов

Определение Санкт-Петербургского городского суда от 21.10.2010 N 33-14408/2010 При заключении договора страхования страхователь сообщает страховщику обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления. Представление страхователем ложных сведений о состоянии здоровья при заключении договора комплексного ипотечного страхования, включающего страхование жизни и здоровья, является основанием признания сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 21 октября 2010 г. N 33-14408/2010

Судья Ковалев С.Н.

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего Пучинина Д.А.

судей Вологдиной Т.И., Нюхтилиной А.В.

при секретаре К.Н.

рассмотрела в судебном заседании 21 октября 2010 года дело по кассационной жалобе К.И. на решение Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 16 июня 2010 года по иску ОАО “Капитал Страхование“ к К.И. о признании договора страхования недействительным.

Заслушав доклад судьи Пучинина Д.А., объяснения лиц, участвующих в деле, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

установила:

09 апреля 2009 года А. обратился в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ОАО “КапиталЪ Страхование“ (с 26 марта 2009 года - ОАО “Капитал Страхование“), просил взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 8451751 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 207067 руб., а также 500000 рублей в счет компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований истец указал, что заключил с ответчиком договор комплексного ипотечного страхования, однако после наступления страхового случая ОАО “КапиталЪ Страхование“ отказалось выплатить страховое возмещение.

В свою очередь 16 апреля 2009 года ОАО “Капитал Страхование“ обратилось в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с иском к А. о признании сделки недействительной, и просило признать недействительным договор комплексного ипотечного страхования, заключенный между сторонами 21 апреля 2008 г., ссылаясь на то, что А. при заключении договора были сообщены заведомо ложные сведения о состоянии своего здоровья.

Определением суда от 13 августа 2009 года производство по делам по искам А. и ОАО “Капитал Страхование“ объединено для совместного рассмотрения.

Определением суда от 02 сентября 2009 года производство по делу в части исковых требований А. было прекращено в связи со смертью последнего, в части исковых требований ОАО “Капитал Страхование“ производство по делу приостановлено до определения правопреемников А.

В дальнейшем судом произведена замена стороны по иску ОАО “Капитал Страхование“, в качестве ответчика привлечена К.И. - наследник А.

Решением Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 16 июня 2010 г. исковые требования удовлетворены, суд признал недействительным договор комплексного медицинского страхования, заключенный между А. и ОАО “КапиталЪ Страхование“ 21 апреля 2008 года.

В кассационной жалобе К.И. просит решение суда от 16 июня 2010 г. отменить, считая его неправильным.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела усматривается, что 21 апреля 2008 года между А. и ОАО “КапиталЪ Страхование“ был заключен договор комплексного ипотечного страхования, являющийся имущественным в части страхования <...>, а также личным в части страхования жизни и здоровья по рискам “смерть“, “инвалидность“, “временная утрата трудоспособности“. В части личного страхования застрахованными лицами являлись А. и его супруга К.И., выгодоприобретателем являлось ОАО “ОТП Банк“.

Перед заключением договора страхования, 04 апреля 2008 года А. был обследован по направлению страховщика в ООО “Гранти-Мед“. Как следует из полиса страхования, он был выдан на основании информации о состоянии здоровья, указанной страхователем в заявлении-анкете по комплексному ипотечному страхованию, указанная информация являлась существенной. В данном заявлении-анкете были даны отрицательные ответы на все вопросы о наличии у А. каких-либо заболеваний.

Как следует из представленных доказательств, 25 марта 2008 года и 28 марта 2008 года в Противотуберкулезном диспансере N 16 Кировского района Санкт-Петербурга были произведены флюорографические исследования А., которые выявили изменения, характерные для пневмонии, в связи с чем, ему было рекомендовано обратиться в поликлинику.

08 апреля 2008 года в Клинике СПбГУ им. Академика Павлова проведено рентгенографическое исследование А., по результатам которого выявлена картина новообразования правого легкого, рекомендована компьютерная томография.

16 апреля 2008 года по результатам обследования, проведенного во Всероссийском центре экстренной и радиационной медицины МЧС России, истцу был установлен диагноз; КТ-картина центрального Са среднедолевого бронха правого легкого, ателектаз, гиповентиляция и параканкрозные воспалительные изменения в средней доле правого легкого, внутригрудная лимфоаденопатия.

Как следует из истории болезни Клиники госпитальной хирургии N 1 СПбГУ им. Академика Павлова, на момент поступления в стационар (22 апреля 2008 года) А. указал, что считает себя больным с марта 2008 года. По итогам нахождения А. в стационаре с 22 апреля 2008 года по 09 июня 2008 года ему был установлен основной диагноз “плоскоклеточный центральный рак средней доли правого легкого“, а также сопутствующие - “параканкрозная пневмония средней степени тяжести, язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки вне обострения“.

10 августа 2009 года А. умер.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, в том числе медицинские документы, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на дату заключения договора А. знал о наличии у него новообразования в правом легком, однако не сообщил страховщику о данном обстоятельстве, то есть действовал недобросовестно, в связи с чем договор был заключен на основании заведомо ложных сведений, что влечет его недействительность.

Судебная коллегия полагает, что указанный вывод суда является законным и обоснованным исходя из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Согласно п. 1 ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Следовательно, действующим законодательством на страхователя возложена обязанность сообщить страховщику все известные страхователю обстоятельства, имеющие значение для определения вероятности наступления страхового случая.

Материалами дела установлено, что на момент заключения договора страхования (21 апреля 2008 года) А. знал о наличии у него заболевания, в связи с чем, был обязан сообщить страховщику данную информацию.

Доводы кассационной жалобы о том, что при заключении договора страхования ОАО “КапиталЪ Страхование“ не запросило у истца дополнительные сведения о состоянии здоровья, помимо исследования, проведенного 04 апреля 2008 года в ООО “Гранти-Мед“, в связи с чем А., не нарушил нормы действующего законодательства, судебная коллегия полагает подлежащими отклонению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 3 ст. 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Следовательно, заключая договор страхования, страховщик предполагал добросовестность поведения страхователя и надлежащее исполнение последним своей обязанности сообщить страховщику информацию, имеющую существенное значение для определения степени страхового риска.

Вместе с тем, А. скрыл от ОАО “КапиталЪ Страхование“ свое состояние здоровья, что свидетельствует о недобросовестности страхователя и свидетельствует о совершении сделки под влиянием обмана.

Кроме того, из материалов дела усматривается, что при обследовании ООО “Гранти-Мед“ истцу было выдано направление на флюорографическое исследование, которое А. проходил в Флюорографической станции Кировского района. Как следует из представленных доказательств, 28 марта 2008 года А. по направлению из ООО “Гранти-Мед“ было произведено флюорографическое исследование, по результатам которого была установлена “Сливная пневмония“. Однако, по результатам исследования А. представил в ООО “Гранти-Мед“ направление с оттиском печати, содержащим сведения о том, что органы грудной клетки без видимых патологических изменений.

Таким образом, А., зная о наличии выявленного у него заболевания, скрыл данную информацию от ООО “Гранти-Мед“, предоставив бланк направления с оттиском печати, содержащим заведомо ложные сведения. Кроме того, А. при заполнении заявления-анкеты также не сообщил о результатах проведенного флюорографического исследования.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недобросовестности поведения А., что влечет недействительность сделки как совершенной под влиянием обмана.

Доводы кассационной жалобы о том, что суд первой инстанции необоснованно признал недействительной сделку целиком, тогда как возможно было признание сделки недействительной только в части, судебная коллегия полагает подлежащими отклонению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 180 ГК РФ недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

Следовательно, для определения возможности признания недействительной сделки в части, существенным является то обстоятельство, была ли бы она совершена без включения в нее страхования жизни и здоровья А.

В соответствии с п. 2.3.9 Кредитного договора от 21 апреля 2008 года, на А. была возложена обязанность осуществить в пользу банка личное страхование от несчастных случаев и болезней, а также страхование квартиры. Таким образом, А. имел намерение заключить договор страхования в полном объеме установленных банком требований, заключение договора в части только имущественного страхования не имело для А. смысла, поскольку препятствовало заключению кредитного договора.

Кроме того, оспариваемый договор страхования является договором комплексного ипотечного страхования, предусматривающего единую страховую премию по всем рискам, что свидетельствует также и об отсутствии у страховщика намерения заключать договор без оспариваемой части.

Судебная коллегия полагает, что при разрешении спора судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

Доводы кассационной жалобы по существу направлены на иное толкование действующего законодательства и переоценку доказательств, и не могут служить основанием к отмене постановленного по делу решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 361 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 16 июня 2010 года оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.