Решения и постановления судов

Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2010 по делу N А19-3413/10 По делу о признании недействительными решения о классификации товаров в соответствии с ТН ВЭД России и требования об уплате таможенных платежей.

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 21 июля 2010 г. по делу N А19-3413/10

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2010 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 июля 2010 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Ячменева Г.Г.,

судей Рылова Д.Н., Ткаченко Э.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Малановой А.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Иркутской таможни на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области от 29 апреля 2010 года по делу N А19-3413/10 по заявлению Общества с ограниченной ответственностью “Торговый Дом “Сибирский цемент“ к Иркутской таможне о признании недействительными решения о классификации товаров N 1060700-11-03-27/1 от 12 января 2010 года и требования об уплате таможенных платежей N 1 от 15 января 2010 года

с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - Закрытого акционерного общества “РОСТЭК-Байкал“

(суд первой инстанции: Куклина Л.А.)



при участии в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле:

от ООО ТД “Сибирский цемент“: не было (извещено);

от Иркутской таможни: Бекарев А.В., главный государственный таможенный инспектор отдела товарной номенклатуры и происхождения товаров, доверенность от 31 декабря 2009 года N 112; Скоробогатько Н.В., главный государственный таможенный инспектор отдела таможенной инспекции, доверенность от 12 июля 2010 года N 73; Порошина О.В., главный государственный таможенный инспектор правового отдела, доверенность от 31 декабря 2009 года N 101;

от ЗАО “РОСТЭК-Байкал“: Чжан Л.Е., паспорт <...>, выдан Куйбышевским РОВД г. Иркутска 16 апреля 2002 года, доверенность от 3 февраля 2010 года

и

установил:

Общество с ограниченной ответственностью “Торговый Дом “Сибирский цемент“ (далее - декларант, ООО “ТД Сибирский цемент“) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Иркутской таможне о признании недействительными решения о классификации товаров в соответствии с ТН ВЭД N 1060700-11-03-27/1 от 12 января 2010 года и требования об уплате таможенных платежей N 1 от 15 января 2010 года.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 3 марта 2010 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Закрытое акционерное общество “РОСТЭК-Байкал“ (далее - таможенный брокер, ЗАО “РОСТЭК-Байкал“).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 29 апреля 2010 года заявленные требования удовлетворены. Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что декларант правомерно классифицировал ввезенный товар по коду в товарной подсубпозиции 7312 10 850 1 ТН ВЭД России “--- канаты и тросы (включая канаты закрытой конструкции): --- без покрытия или только оцинкованные, с максимальным размером поперечного сечения: --- более 24 мм, но не более 48 мм: --- без покрытия“. Представленные таможней доказательства (заключения эксперта), согласно которым ввезенный товар необходимо классифицировать в товарной подсубпозиции 7312 10 850 9 ТН ВЭД России “--- канаты и тросы (включая канаты закрытой конструкции): --- без покрытия или только оцинкованные, с максимальным размером поперечного сечения: --- более 24 мм, но не более 48 мм: --- прочие“; судом первой инстанции экспертные заключения признаны недопустимыми как полученные с нарушением требований статей 372, 378 и 383 Таможенного кодекса Российской Федерации. Относительно требования об уплате таможенных платежей судом первой инстанции сделан вывод о том, что оно выставлено за пределами установленного статьей 361 Таможенного кодекса Российской Федерации пресекательного годичного срока после выпуска товаров в свободное обращение, в течение которого таможенные органы вправе осуществлять проверку достоверности заявленных при таможенном оформлении сведений.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, таможня обжаловала его в апелляционном порядке. Заявитель апелляционной жалобы ставит вопрос об отмене решения суда первой инстанции, ссылаясь на ошибочность вывода суда о недопустимости экспертных заключений в качестве доказательств, поскольку данные документы соответствуют статьям 378, 382 и 383 Таможенного кодекса Российской Федерации (в частности, отбор проб и образцов проводился в присутствии представителя лица, обладающего полномочиями в отношении товаров А.В. Сараева и двух понятых И.В. Иванова и А.Н. Коюшкина). Таможенный орган также указывает на неполное выяснение судом первой инстанции имеющих для дела обстоятельств (например, судом не был исследован акт, на основании которого был определен код товара в соответствии с ТН ВЭД на этапе таможенного оформления грузовой таможенной декларации N 10607030/120109/0000005). Кроме того, таможня считает незаконным вывод суда первой инстанции о нарушении годичного срока для выставления требований об уплате таможенных платежей, указывая на то, что в соответствии с пунктом 5 статьи 348 Таможенного кодекса Российской Федерации требование может быть выставлено в течение трех лет со дня истечения срока уплаты таможенных платежей.



В отзывах на апелляционную жалобу ООО “ТД Сибирский цемент“ и ЗАО “РОСТЭК-Байкал“ выражают согласие с решением суда первой инстанции, просят оставить его без изменения.

О времени и месте судебного заседания ООО “ТД Сибирский цемент“ извещено надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается почтовыми уведомлениями N 26728321 и 26728338, однако своих представителей не направило. На основании части 2 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела по существу.

В ходе судебного заседания от представителя Иркутской таможни поступило ходатайство о проведении экспертизы в отношении товара, оформленного по грузовой таможенной декларации N 10607030/120109/0000005, и являющегося предметом классификации в решении от 12 января 2010 года N 10607000-11-03-27/1 о классификации товара.

Суд апелляционной инстанции полагает подлежащим отклонению указанное ходатайство о проведении экспертизы в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В пункте 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2006 года N 66 “О некоторых вопросах практики применения арбитражным судами законодательства об экспертизе“ указано, что ходатайство о проведении экспертизы может быть заявлено в суде первой или апелляционной инстанции. В суде апелляционной инстанции ходатайство о проведении экспертизы рассматривается судом с учетом положений части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

Пунктом 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года N 36 “О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции“ предусмотрено, что поскольку суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам. К числу уважительных причин, в частности, относится необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайства о назначении экспертизы. Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия судом апелляционной инстанции.

Приведенное в ходатайстве таможни обстоятельство (аннулирование заключения эксперта от 26 января 2009 года N 0-84-09) не может быть признано уважительным.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно пункту 2 статьи 361 Таможенного кодекса Российской Федерации проверка достоверности сведений после выпуска товаров и (или) транспортных средств может осуществляться таможенными органами в течение одного года со дня утраты товарами статуса находящихся под таможенным контролем.

На момент рассмотрения апелляционной жалобы указанный годичный срок истек, в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает, что заявленное таможенным органом ходатайство, по сути, направлено не только на получение новых доказательств по делу, но и на проведение проверочных мероприятий за пределами установленного законом годичного срока, что не может быть признано допустимым.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что предметом рассматриваемого спора является решение таможни от 12 января 2010 года N 10607000-11-03-27/1 о классификации товара, которое было основано на иных доказательствах, нежели заключение эксперта от 26 января 2009 года N 0-84-09. Соответственно, аннулирование этого заключения само по себе не подтверждает позицию таможенного органа о законности его решения о классификации, поскольку выяснению подлежат в первую очередь обстоятельства, послужившие основанием для принятия такого решения, а не предыдущих решений и действий должностных лиц таможенного органа.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проанализировав доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, выслушав представителей Иркутской таможни и ЗАО “РОСТЭК-Байкал“, изучив материалы дела, проверив правильность применения судом первой инстанции норм процессуального и материального права, пришел к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между ООО “Карьер Перевал“ и ООО “ТД “Сибирский цемент“ был заключен агентский договор N ТД-84/08 от 1 июня 2008 года, согласно пункту 1.2 которого ООО “ ТД “Сибирский цемент“ заключает от своего имени, но за счет ООО “Карьер Перевал“, гражданско-правовые договоры, направленные на возникновение права собственности на стальные канаты диаметром 47 мм (аналог ГОСТ 7675-73) в количестве 5 000 метров (т. 2, л.д. 13 - 19).

18 июля 2008 года ООО “ТД “Сибирский цемент“ заключило контракт N 45-101(233/08) с фирмой “Брайдон Интернешнл ГмбХ“ (Гельзенкирхен, Германия) на поставку стальных канатов (т. 2, л.д. 5 - 12).

В рамках указанного контракта ООО “ТД “Сибирский цемент“ на условиях FCA Гельзенкирхен по грузовой таможенной декларации N 10607030/120109/0000005 ввезен товар “закрытые несущие спиральные канаты грузовые, из неоцинкованной проволоки, без покрытия, с сердечником из круглых проволок и двумя слоями Z-образной фасонной проволоки, без концевой заделки, маркировочная группа 1370Н/кв. мм, диаметр каната 47 мм, 5 барабанов по 1000 м каждый, артикул В007291, В007292, В007293, В007294, В007295; изготовитель - “BRIDON INTERNATIONAL GMBH“, товарный знак отсутствует“ (т. 4, л.д. 34 - 40).

В графе 33 грузовой таможенной декларации ввезенный товар заявлен в товарной подсубпозиции 7312 10 850 1 ТН ВЭД России “--- канаты и тросы (включая канаты закрытой конструкции): --- без покрытия или только оцинкованные, с максимальным размером поперечного сечения: --- более 24 мм, но не более 48 мм: --- без покрытия“.

Выпуск товара в свободное обращение осуществлен 13 января 2009 года. Таможенное оформление производилось таможенным брокером ЗАО “РОСТЭК-Байкал“ на основании договора на возмездное оказание услуг и таможенному оформлению товаров и транспортных средств от 16 декабря 2008 года.

На основании заключения эксперта ЭКС - филиал ЦЭКТУ г. Иркутск от 26 января 2009 года N 0-84-09 подтверждена правильность классификации товара - “закрытые несущие спиральные канаты“, оформленного по грузовой таможенной декларации N 10607030/120109/0000005 в товарной подсубпозиции 7312 10 850 1 ТН ВЭД России.

Впоследствии от Восточно-Сибирской оперативной таможни поступила информация о том, что ввезенный на таможенную территорию Российской Федерации товар - “закрытые несущие спиральные канаты“ - имеет оцинкованное покрытие и должен классифицироваться в товарной подсубпозиции 7312108509 ТН ВЭД России “канаты, тросы с максимальным размером поперечного сечения более 24 мм, но не более 48 мм, прочие“, что предполагает обложение ввезенного товара таможенной пошлиной по ставке 15% вместо заявленной при таможенном оформлении 5%.

На основании статьи 376 Таможенного кодекса Российской Федерации в целях проверки достоверности классификации товара в соответствии с ТН ВЭД России, оформленного по грузовой таможенной декларации N 10607030/120109/0000005, Иркутской таможней было принято решение от 7 декабря 2009 года N 10607000/071209/Р0103 о проведении специальной таможенной ревизии (т. 3, л.д. 50 - 51).

При проведении специальной таможенной ревизии у получателя товара - ООО “Карьер Перевал“ - 7 декабря 2009 года были повторно взяты пробы и образцы ввезенного товара, которые затем направлены на исследование в ООО “Промтест“ и Государственное учреждение Иркутскую лабораторию судебной экспертизы (ГУ ИЛСЭ) Минюста России.

Взятие проб и образцов оформлено актом N 10607000/001 от 7 декабря 2009 года (т. 2, л.д. 28 - 30), о назначении материаловедческих экспертиз вынесены постановления от 17 декабря 2009 года N 1/1 и от 18 декабря 2009 года N 1 (т. 3, л.д. 104 - 105, 110 - 111).

Согласно заключениям эксперта ООО “Промтест“ от 23 декабря 2009 года N 143-09п и ГУ ИЛСЭ от 25 декабря 2009 года N 1459-10.4 в представленных на экспертизу образцах канатов обнаружено цинковое покрытие (т. 3, л.д. 69 - 74, 94, 106 - 109, 112).

12 января 2010 года Иркутской таможней составлен акт специальной таможенной ревизии N 10607000/120110/А0103, а также принято решение о классификации товаров N 1060700-11-03-27/1, в соответствии с которым ввезенный по грузовой таможенной декларации N 10607030/120109/0000005 товар классифицирован в товарной подсубпозиции 7312 10 850 9 ТН ВЭД России “--- канаты и тросы (включая канаты закрытой конструкции): --- без покрытия или только оцинкованные, с максимальным размером поперечного сечения: --- более 24 мм, но не более 48 мм: --- прочие“ (ставка ввозной пошлины 15%) (т. 3, л.д. 75 - 82).

Одновременно отменено решение Байкальского таможенного поста о подтверждении классификационного кода 7312 10 850 1 ТН ВЭД России товара отменено.

15 января 2010 года выставлено требование об уплате таможенных платежей N 1, в соответствии с которым декларанту предложено уплатить таможенные платежи в размере 1 432 253 рублей 83 копейки и пени в размере 197 018 рублей 43 копейки.

Суд апелляционной инстанции считает правильными выводы суда первой инстанции о несоответствии закону решения о классификации товаров от 12 января 2010 года N 1060700-11-03-27/1 и требования об уплате таможенных платежей N 1, исходя из следующего.

На основании части 1 статьи 65, части 3 статьи 189 и части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта возлагается на орган или лицо, которые приняли этот акт.

Из решения о классификации товаров от 12 января 2010 года N 1060700-11-03-27/1 следует, что основанием для вывода таможни о содержании в поверхностном покрытии спорных канатов цинка послужили заключения экспертов от 23 декабря 2009 года N 143-09п и от 25 декабря 2009 года N 1459-10.4.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в материалах дела акт отбора проб и образцов N 10607000/001 от 7 декабря 2009 года, постановления о назначении материаловедческих экспертиз от 17 декабря 2009 года N 1/1 и от 18 декабря 2009 года N 1, заключения экспертов от 23 декабря 2009 года N 143-09п и от 25 декабря 2009 года N 1459-10.4, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 383 Таможенного кодекса Российской Федерации должностное лицо таможенного органа при проведении таможенного контроля вправе брать пробы или образцы товаров, необходимые для исследования. О взятии проб или образцов составляется акт по форме, определяемой ФТС России. Второй экземпляр указанного акта подлежит вручению лицу, обладающему полномочиями в отношении товаров, если оно установлено, или его представителю. В необходимых случаях взятие проб или образцов производится с участием эксперта или специалиста (пункт 1).

Декларанты, лица, обладающие полномочиями в отношении товаров, и их представители вправе присутствовать при взятии проб или образцов товаров должностными лицами таможенных органов и сотрудниками других государственных органов (пункт 5).

Должностные лица таможенных органов вправе брать пробы или образцы товаров в отсутствие декларантов и их представителей в случаях, предусмотренных пунктом 3 статьи 372 этого Кодекса. Взятие проб или образцов товаров в указанных случаях проводится в присутствии не менее двух понятых (пункт 8).

На основании пункта 11 Порядка взятия проб и образцов товаров, а также порядка их исследования при проведении таможенного контроля, утвержденного Приказом ГТК России от 23.12.2003 N 1519 (далее - Порядок взятия проб и образцов), при взятии пробы таможенными органами ее разделяют на три равные части: аналитическую, контрольную и арбитражную, каждую из которых:

- маркируют (нумеруют) в соответствии с актом взятия проб или образцов по утвержденной форме;

- снабжают ярлыком обеспечения сохранности по утвержденной форме.

Согласно пункту 12 названного Порядка при направлении таможенным органом проб или образцов товаров на исследование их упаковывают в одну тару, пломбируют. Сопроводительные документы помещают в отдельный пакет и опечатывают.

Пунктом 21 Порядка взятия проб и образцов предусмотрено, что предметы и документы, бывшие объектами исследования (включая пробы или образцы), упаковываются, опечатываются печатью и направляются таможенному органу, назначившему экспертизу.

Суд апелляционной инстанции считает, что отбор проб и образцов проведен таможенным органом с нарушением приведенных положений таможенного законодательства.

Так, при отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 3 статьи 372 Таможенного кодекса Российской Федерации, отбор проб и образцов произведен таможенным органом без участия декларанта или его представителя. При этом материалы дела не содержат каких-либо доказательств того, что таможня извещала ООО “ТД “Сибирский цемент“ о проведении 7 декабря 2010 года отбора проб и образцов.

В нарушение пункта 12 Порядка взятия проб и образцов отобранные образцы не были опломбированы (в акте отсутствует указание на номер пломбира упаковки, представители таможни суду апелляционной инстанции пояснили, что пломбирование фактически не производилось).

Указанное нарушение в рассматриваемом случае является существенным, поскольку при сравнительном анализе акта взятия проб и образцов и заключений экспертов судом апелляционной инстанции выявлено следующее.

В акте взятия проб и образцов от 7 декабря 2009 года отражено, что были отобраны несущие спиральные канаты грузовые без концевой заделки диаметром 47 мм, а именно: канат N В007291 (3 штуки по 30 см), N 007292 (3 штуки по 30 см), N 007293 (3 штуки по 15 см), N 007294 (3 штуки по 30 см) и N 007295 (3 штуки по 30 см).

В то же время из заключения эксперта от 25 декабря 2009 года N 1459-10.4 следует, что на исследование представлены пять фрагментов металлических канатов: в упаковке с сопроводительной надписью: “канат N В007291“ находится фрагмент каната длиной 300 мм; в упаковке с сопроводительной надписью: “канат N В007292“ находится фрагмент каната длиной 300 мм; в упаковке с сопроводительной надписью: “канат N 007293“ находится фрагмент каната длиной 240 мм; в упаковке с сопроводительной надписью: “канат N В007294“ находится фрагмент каната длиной 310 мм; в упаковке с сопроводительной надписью: “канат N 007295“ находится фрагмент каната длиной 450 мм.

В заключении эксперта от 23 декабря 2009 года N 143-09п указано, что на экспертизу представлены образцы стальных канатов в полиэтиленовых пакетах, на образцах наклеены ярлыки обеспечения сохранности (канаты N В007291, В007292, В007293, В007294 и В007295), длина каждого фрагмента каната составляет около 30 см.

Кроме того, согласно примечанию к форме 2 “Образец ярлыка обеспечения сохранности упаковки взятых образцов или проб товаров“ (приложение N 2 к Приказу ГТК России от 23.12.2003 N 1519) заполненный ярлык удостоверяется оттиском номерной печати или печати таможенного органа для пакетов поверх исполненного на нем текста.

Между тем, в заключении эксперта от 25 декабря 2009 года N 1459-10.4 указано, что фрагменты канатов представлены в упакованном виде, опечатаны печатью “Криминалистическое отделение“ Восточно-Сибирской оперативной таможни (хотя взятие образцов осуществлялось должностным лицом Иркутской таможни), а в заключении эксперта от 23 декабря 2009 года N 143-09п не содержится указаний о том, что на ярлыках обеспечения имелась печать таможенного органа.

Таким образом, направленные на исследование отобранные образцы канатов не были опломбированы, а ярлыки обеспечения сохранности упаковки оформлены с нарушением требований Приказа ГТК России от 23.12.2003 N 1519.

Учитывая, что характеристики канатов (их длина), указанные в акте взятия проб и образцов и заключениях экспертов, различаются, а само взятие образцов произведено таможенным органом с упомянутыми существенными нарушениями (без участия декларанта или его представителя, без опломбирования, с неправильным оформлением ярлыков обеспечения сохранности упаковки), суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что не представляется возможным достоверно установить, что предметом исследования экспертов являлись именно те фрагменты канатов, которые были взяты у ООО “Карьер Перевал“ в ходе отбора проб и образцов 7 декабря 2009 года.

Соответствующие выводы суда первой инстанции в этой части в апелляционной жалобе таможни каким-либо образом не опровергаются, суду апелляционной инстанции представители таможенного органа не смогли дать вразумительных объяснений изложенным противоречиям (о длине взятых в качестве образцов у ООО “Карьер Перевал“ и подвергнутых исследованию фрагментов канатов).

Равным образом, таможенный орган не представил убедительного правового обоснования возможности проведения взятия проб и образцов в отсутствие декларанта или его представителя, что является нарушением пунктов 5 и 8 статьи 383 Таможенного кодекса Российской Федерации и пункта 6 Порядка взятия проб и образцов.

Присутствие при такой процедуре представителя собственника спорных канатов (ООО “Карьер Перевал“) не свидетельствует о соблюдении таможенным органом приведенных положений таможенного законодательства, поскольку в пункте 5 статьи 383 Таможенного кодекса Российской Федерации прямо указано, что при взятии проб и образцов должностными лицами таможенных органов вправе присутствовать как декларанты (их представители), так и лица, обладающие полномочиями в отношении товаров (их представители).

Указанному праву декларантов корреспондирует соответствующая обязанность таможенного органа (например, известить декларанта о проведении взятия проб и образцов), которая в рассматриваемом случае последним исполнена не была.

Судом апелляционной инстанции не установлено обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 статьи 372 Таможенного кодекса Российской Федерации, предоставляющих таможенному органу право провести взятие проб и образцов в отсутствие декларанта или его представителя, пусть и с участием понятых.

В силу части 2 статьи 50 Конституции Российской Федерации и части 3 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 года N 8 “О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия“, разъяснено, что доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.

Каких-либо иных доказательств, помимо упомянутых заключений экспертов, подтверждающих обоснованность классификации ввезенного по грузовой таможенной декларации N 10607030/120109/0000005 товара в товарной подсубпозиции 7312 10 850 9 ТН ВЭД России “--- канаты и тросы (включая канаты закрытой конструкции): --- без покрытия или только оцинкованные, с максимальным размером поперечного сечения: --- более 24 мм, но не более 48 мм: --- прочие“, таможенным органом в материалы дела не представлено.

Таким образом, таможней в решении о классификации товара от 12 января 2010 года N 106070011-03-27/1 необоснованно осуществлена классификация спорного товара в товарной подсубпозиции 7312 10 850 9 ТН ВЭД России, в связи с чем у нее также отсутствовали основания, предусмотренные статьями 348 - 350 Таможенного кодекса Российской Федерации, для доначисления таможенных платежей и пени по ним в общей в сумме 1 629 272,76 руб. и направления требования об уплате таможенных платежей от 15 января 2010 года N 1.

Представители таможни суду апелляционной инстанции пояснили, что в данном случае единственным основанием для доначисления таможенных платежей и выставления требования от 15 января 2010 года N 1 явилось принятие решения о классификации товаров от 12 января 2010 года N 106070011-03-27/1.

Следовательно, суд первой инстанции правомерно признал названные ненормативные правовые акты недействительными как не соответствующие Таможенному кодексу Российской Федерации и обязал таможню устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО “ТД Сибирский цемент“.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает ошибочными выводы суда первой инстанции о нарушении таможенным органом при вынесении постановления от 17 декабря 2009 года N 1/1 требований законодательства о назначении материаловедческой экспертизы по мотиву отсутствия в данном постановлении фамилии, имени и отчества эксперта.

В соответствии с пунктом 3 статьи 378 Таможенного кодекса Российской Федерации при назначении экспертизы должностное лицо таможенного органа с согласия начальника этого органа или его заместителя выносит об этом постановление, в котором, в числе прочего, указываются фамилия, имя и отчество эксперта.

Действительно, в постановлении о назначении экспертизы от 17 декабря 2009 года N 1/1 не указаны фамилия, имя и отчество эксперта.

Однако согласно статье 14 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ “О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации“ руководитель государственного судебно-экспертного учреждения обязан по получении постановления о назначении экспертизы поручить ее производство конкретному эксперту или комиссии экспертов данного учреждения, которые обладают специальными знаниями в объеме, требуемом для ответов на поставленные вопросы.

Статьей 16 Федерального закона “О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации“ установлено, что эксперт не вправе принимать поручения о производстве судебной экспертизы непосредственно от каких-либо органов или лиц, за исключением руководителя государственного судебно-экспертного учреждения.

На основании статьи 3 этого Федерального закона приведенное правило применимо и при назначении экспертиз таможенными органами.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что само по себе не указание в постановлении о назначении экспертизы от 17 декабря 2009 года N 1/1 фамилии, имени и отчества конкретного эксперта не может свидетельствовать о существенном нарушении порядка назначения экспертизы.

Ошибочным является и вывод суда первой инстанции о неправомерности требования об уплате таможенных платежей от 15 января 2010 года N 1 по мотиву истечения предусмотренного пунктом 2 статьи 361 Таможенного кодекса Российской Федерации годичного срока. При этом суд первой инстанции исходил из того, что, поскольку указанной нормой установлен годичный срок проверки достоверности заявленных сведений после выпуска товаров, то по истечении этого срока, являющегося пресекательным сроком, неправомерно не только проведение мероприятий таможенного контроля, но и применение к лицу, в отношении которого эти мероприятия проводятся, каких-либо принудительных мер, в том числе по взысканию таможенных платежей.

Между тем данное судом первой инстанции толкование положений пункта 2 статьи 361 Таможенного кодекса Российской Федерации не соответствует их действительному содержанию. Учитывая, что данная статья расположена в главе 34 Таможенного Российской Федерации “Общие положения, относящиеся к таможенному контролю“, установленный в ней годичный срок применяется при проверке достоверности заявленных сведений после выпуска товаров и не может быть распространен на процедуру взыскания таможенных платежей, регламентированную нормами главы 32 Таможенного кодекса Российской Федерации.

Пунктом 5 статьи 348 Таможенного кодекса Российской Федерации установлен общий трехгодичный срок выставления требования, который таможенным органом в рассматриваемом случае нарушен не был.

Такой подход соответствует правовой позиции, выраженной в постановлении Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 8 июня 2010 года по делу N А19-17742/09.

Однако при изложенных выше обстоятельствах дела отмеченные ошибочные выводы суда первой инстанции не привели к принятию неправильного по существу решения, в связи с чем у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания, предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

Рассмотрев апелляционную жалобу на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области от 29 апреля 2010 года по делу N А19-3413/10, Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

постановил:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 29 апреля 2010 года по делу N А19-3413/10 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в кассационном порядке в Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа.

Председательствующий судья

Г.Г.ЯЧМЕНЕВ

Судьи

Д.Н.РЫЛОВ

Э.В.ТКАЧЕНКО