Решения и постановления судов

Справка Кемеровского областного суда от 15.06.2010 N 01-08/26-403 “Справка о судебной практике по делам, связанным с признанием права на реабилитацию лиц, необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, возмещением причиненного им вреда

КЕМЕРОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

СПРАВКА

от 15 июня 2010 г. N 01-08/26-403

СПРАВКА О СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ ПО ДЕЛАМ, СВЯЗАННЫМ

С ПРИЗНАНИЕМ ПРАВА НА РЕАБИЛИТАЦИЮ ЛИЦ, НЕОБОСНОВАННО

ПОДВЕРГНУТЫХ УГОЛОВНОМУ ПРЕСЛЕДОВАНИЮ, ВОЗМЕЩЕНИЕМ

ПРИЧИНЕННОГО ИМ ВРЕДА

Справка подготовлена по заданию Заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации N ОСП-112/10 от 12.05.2010 по результатам изучения судебных решений по уголовным и гражданским делам, связанным с признанием права на реабилитацию, восстановлением прав и свобод лиц, необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, возмещением причиненного им вреда, принятым судами Кемеровской области в 2009 году, кассационной и надзорной практики Кемеровского областного суда, а также данных статистики за указанный период.

Согласно сведениям, предоставленным судами и мировыми судьями области, в 2009 году с признанием права на реабилитацию было оправдано 24 лица по 17 уголовным делам, в том числе 2 лица были оправданы в части предъявленного обвинения. Из общего числа оправданных 11 лиц, привлекались к уголовной ответственности по делам частного обвинения.

Кроме того, в 1 случае право на реабилитацию признано за лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование по реабилитирующему основанию судом надзорной инстанции.

В 2009 году в порядке уголовного судопроизводства (ст. 399 УПК РФ) в пользу 4-х в разное время реабилитированных лиц в возмещение имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования, в общей сложности взыскано 472252 рубля (данные из таблицы 1 - не приводится).

В порядке гражданского судопроизводства в соответствии со ст. ст. 1069, 1070 ГК РФ судами рассмотрено с вынесением решения 27 заявлений о возмещении ущерба гражданам, имеющим право на реабилитацию в результате необоснованного уголовного преследования, из которых удовлетворено 26 на общую сумму 3060000 рублей (данные из таблицы 2 - не приводится).

Применение статьи 133 УПК РФ

В соответствии с п. 34 ст. 5 УПК РФ реабилитация представляет собой порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Исходя из положений ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию имеют:



1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор;

2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения;

3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным:

а) п. п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ:

- отсутствие события преступления;

- отсутствие в деянии состава преступления;

- отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ;

- отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в п. п. 2 и 2.1 ч. 1 ст. 448 УПК РФ, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда Российской Федерации, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в п. п. 1 и 3 - 5 ч. 1 ст. 448 УПК РФ;

б) п. п. 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ:

- непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления;

- наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению;

- наличие в отношении подозреваемого или обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела;

- отказ Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица;

4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. п. 1 и 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ:

- непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления;



- прекращение уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. п. 1 - 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, а именно:

- отсутствие события преступления;

- отсутствие в деянии состава преступления;

- истечение сроков давности уголовного преследования;

- смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего;

- отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ;

- отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в п. п. 2 и 2.1 ч. 1 ст. 448 УПК РФ, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда Российской Федерации, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в п. п. 1 и 3 - 5 ч. 1 ст. 448 УПК РФ;

5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

При этом в соответствии с ч. 4 ст. 133 УПК РФ названные положения о реабилитации не распространяются на случаи, когда примененные в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду:

- издания акта об амнистии;

- истечения сроков давности;

- недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом;

- принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния.

1. Должно ли признаваться право на реабилитацию:

а) за лицами, в отношении которых прекращено уголовное преследование, отменен или изменен обвинительный приговор ввиду принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость совершенного деяния с прекращением дела по пункту 2 части 1 статьи 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления (часть 2 статьи 24 УПК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 24 УПК РФ уголовное дело подлежит прекращению за отсутствием состава преступления, в случае, когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость этого деяния были устранены новым уголовным законом.

Как уже отмечалось в ч. 4 ст. 133 УПК РФ предусмотрен запрет на применение положений о реабилитации к случаям, когда примененные в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены, в том числе ввиду принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния.

Позицию законодателя по данному вопросу подтвердил и Конституционный Суд РФ, указав, что в том случае, если новым уголовным законом устраняются преступность и наказуемость какого-либо деяния, то в постановлении о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления констатируется невозможность дальнейшего осуществления уголовного преследования в отношении подозреваемого или обвиняемого, хотя ранее выдвигавшиеся против него обвинения и не признаются необоснованными. При этом, выявление в ходе судебного разбирательства оснований для прекращения уголовного дела не освобождает суд от необходимости выяснения позиций сторон по данному делу и исследования представленных ими доводов, что, в свою очередь, обязывает суд не только проверять наличие достаточных для прекращения дела оснований и условий, но и обеспечивать сторонам возможность высказать свою позицию по данному вопросу. Таким образом, положения ч. 2 ст. 24, ч. 4 ст. 133 УПК РФ не препятствуют суду рассмотреть по существу находящееся в его производстве уголовное дело, если до вынесения приговора новым уголовным законом устраняется преступность и наказуемость инкриминируемого обвиняемому деяния, и не лишают обвиняемого права на доступ к правосудию и права на эффективную судебную защиту (определение от 05.11.2004 N 361-О по жалобе Филиппова на нарушение его конституционных прав ч. 2 ст. 24, ч. 4 ст. 133, ст. 239 и п. 1 ст. 254 УПК РФ).

С учетом положений закона и позиции Конституционного Суда можно сделать вывод, что действующая редакция ст. 133 УПК РФ не предполагает, что отмена либо изменение обвинительного приговора на основании ч. 2 ст. 24 УПК РФ влечет за собой реабилитацию лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование.

При этом, в случае отмены (изменения) приговора апелляционной и кассационной инстанциями вопросов не возникает. Между тем, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 24 УПК РФ производство по уголовному делу прекращается за отсутствием состава преступления, возникает противоречие с положениями п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, предоставляющими право на реабилитацию осужденному в случае полной или частичной отмены приговора за отсутствием состава преступления судом надзорной инстанции;

б) за лицами, в отношении которых прекращено уголовное преследование, отменен или изменен обвинительный приговор по п. 3 части 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности с учетом положений п. 4 части 2 ст. 133 УПК РФ.

Как уже отмечалось, согласно п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ положения о реабилитации не распространяются на случаи, когда постановленный в отношении лица обвинительный приговор отменен или изменен ввиду истечения сроков давности.

Исходя из содержания решений Конституционного Суда РФ, в том числе приведенного выше по заявлению Филиппова, следует, что имеются ввиду случаи, когда указанные в ч. 4 ст. 133 УПК обстоятельства возникли как после вступления приговора суда первой инстанции в законную силу, так и до этого момента.

В отличие от прекращения уголовного преследования в соответствии с ч. 2 ст. 24 УПК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, прекращение такого преследования в связи с истечением срока давности предполагает наличие согласия лица, которое подверглось уголовному преследованию (ч. 2 ст. 27 УПК РФ).

Из этого следует, что лицо, в отношении которого прекращается уголовное преследование в связи с истечением сроков давности, вправе возражать против такого решения и настаивать на продолжении производства по делу с тем, чтобы уголовное дело завершилось решением, влекущим реабилитацию на предусмотренных законом основаниях.

Эту позицию в толковании закона подтвердил Конституционный Суд РФ в определениях от 18.07.2006 N 279-О, 21.12.2006 N 531-О, от 15.07.2008 N 44-О-О, от 23.06.2009 N 875-О-О, указав, в частности, что порядок реабилитации не распространяется на случаи прекращения уголовного преследования по так называемым нереабилитирующим основаниям, в частности в связи с истечением сроков давности; закрепляющая это правило ст. 133 УПК РФ реализует положения ст. 53 Конституции РФ, в силу которых право лица на возмещение государством вреда гарантируется лишь в случаях, когда вред причинен незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц.

Изучение судебной практики показало, что судьи Кемеровской области разделяют приведенную выше позицию.

Например, кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от 16.06.2009 был отменен приговор Центрального районного суда г. Прокопьевска от 27.04.2009, которым Н. был осужден по ч. 1 ст. 272 УК РФ. Уголовное дело прекращено кассационной инстанцией на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за Н. признано право на реабилитацию.

Постановлением Президиума Кемеровского областного суда от 26.10.2009 названное определение отменено, дело направлено на новое кассационное рассмотрение. В ходе нового судебного заседания судебной коллегией были установлены основания для отмены приговора суда в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона с направлением в суд первой инстанции, однако, на момент повторного рассмотрения дела судом кассационной инстанции срок давности уголовного преследования Н. по ч. 1 ст. 272 УК РФ истек. Н., в свою очередь, заявил о своем согласии на прекращение дела по нереабилитирующему основанию, после чего уголовное дело было прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности (определение судебной коллегии от 24.11.2009).

Резюмируя изложенное, полагаем, что в случае, если приговор был отменен либо изменен в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, то судьям следует руководствоваться ч. 4 ст. 133 УПК РФ.

Однако, необходимо отметить, что если на момент отмены (полностью или в части) по указанному выше основанию приговор вступил в законную силу, то разрешение вопроса в соответствии с ч. 4 ст. 133 УПК РФ, как и предыдущем случае, вступает в противоречие с п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, в соответствии с которым имеет право на реабилитацию осужденный в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. п. 1 и 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в числе которых истечение сроков давности уголовного преследования;

в) за лицами, в отношении которых отменен приговор и прекращено уголовное дело по реабилитирующим основаниям в кассационном порядке (что не предусмотрено ст. 133 УПК РФ).

Изучение судебной практики показывает, что в данном случае судьи судебной коллегии по уголовным делам Кемеровской области, поступают по-разному.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от 29.09.2009 были отменены приговоры мирового судьи судебного участка N 2 Кировского района г. Кемерово от 26.02.2009 и Кировского районного суда г. Кемерово от 12.08.2009, которыми К. была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ. Уголовное дело прекращено за отсутствием в деянии состава преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Кассационным определением от 22.01.2009 отменен за отсутствием состава преступления в части осуждения Сергеевой по ч. 1 ст. 30, п. “б“ ч. 3 ст. 228.1 УК РФ приговор Орджоникидзевского районного суда г. Новокузнецка от 02.12.2008.

В обоих случаях право на реабилитацию за лицами, в отношении которых осуществлялось уголовное преследование, признано не было.

Однако, в некоторых случаях судьи кассационной инстанции признают за лицом право на реабилитацию, руководствуясь при этом ч. 1 ст. 133 УПК РФ, как, например, по делу в отношении Н. (пример приведен выше).

Кроме того, кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от 09.07.2009 было прекращено уголовное дело по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ в отношении У. за непричастностью его к совершению преступления. Одновременно У. разъяснен “порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием“, направлено соответствующее письменное извещение (постановлением президиума Кемеровского областного суда от 07.12.2009 кассационное определение отменено).

Считаем, что исходя из сущности института реабилитации, следует законодательно закрепить положение о признании права на реабилитацию за лицами, в отношении которых отменен приговор и прекращено уголовное дело по реабилитирующим основаниям в кассационном порядке;

г) за лицами, уголовное преследование в отношении которых прекращено в случаях, когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость деяния были устранены новым законом.

Полагаем, что указанные лица не имеют права на реабилитацию по основаниям, изложенным в пп. “а“;

д) за лицами, обоснованно осужденными за совершение преступлений, которым в последующем наказание было снижено, либо в связи с принятием закона, смягчающего наказание, либо в связи с внесением в приговор изменений в кассационном или надзорном порядке, в результате чего вновь назначенное им наказание оказалось меньше, чем реально отбытое.

В случае, если наказание законно и обоснованно осужденному было снижено лишь в связи с принятием закона, смягчающего наказание, полагаем, право на реабилитацию не возникает.

Если же наказание осужденному было снижено в связи с внесением в приговор изменений в кассационном или надзорном порядке из-за нарушений судом первой инстанции норм уголовного закона или несправедливости приговора, в результате чего лицу было назначено чрезмерно суровое наказание, которое оказалось меньше, чем реально отбытое, за осужденным возможно признать право на частичную реабилитацию.

В 2009 году в практике судов области таких случаев не установлено.

2) В каких случаях суды принимают решение о возмещении вреда лицам, подвергнутым мерам процессуального принуждения, в ходе производства по уголовному делу (ч. 3 ст. 133 УПК РФ).

Есть ли случаи возмещения такого вреда гражданам, незаконно подвергшимся принудительному приводу в качестве свидетеля и понесшим при этом убытки, либо подвергшимся досмотру или обыску с причинением не вызывавшегося необходимостью ущерба, либо понесшим убытки в связи с необоснованным наложением ареста на имущество, финансовые средства, изъятием документации в тех случаях, когда такие граждане сами не привлекались к уголовной ответственности?

В 2009 году городскими (районными) судами области в порядке, предусмотренном ст. 399 УПК РФ, заявления о возмещении вреда лицам, подвергнутым мерам процессуального принуждения, в ходе производства по уголовному делу в соответствии с ч. 3 ст. 133 УПК РФ не рассматривались.

В порядке гражданского судопроизводства было рассмотрено 5 заявлений о возмещении в денежном выражении морального вреда в результате незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

Практика разрешения вопросов, связанных с определением критериев незаконности меры процессуального принуждения (в данном случае меры пресечения в виде заключения под стражу) Ф.И.О.

Решением Заводского районного суда г. Кемерово от 03.06.2009 были оставлены без удовлетворения исковые требования К. к Министерству Финансов РФ о возмещении морального вреда в результате незаконного применения к нему в качестве меры пресечения заключения под стражу.

Из материалов дела следует, что 16.08.2007 постановлением Центрального районного суда г. Новокузнецка в отношении истца избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, постановлением этого же суда от 31.03.2008 срок содержания под стражей продлен до 31.05.2008, 27.05.2008 судебной коллегией по уголовным делам Кемеровского областного суда постановление от 31.03.2008 признано незаконным и отменено.

При рассмотрении заявления К. суд первой инстанции указал, что истец незаконно находился под стражей в течение 57 суток, однако отказал в удовлетворении иска, сославшись на то, что право на возмещение морального вреда возникает только при наличии реабилитирующих оснований, а в настоящее время обвинение с истца не снято, в отношении него нет оправдательного приговора, уголовное преследование не прекращено.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 25.11.2009 решение Заводского районного суда г. Кемерово от 03.06.2009 отменено.

По мнению коллегии, положения ст. 133 УПК РФ не ограничивают возможность получения лицом возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, только случаями реабилитации подозреваемого или обвиняемого (часть вторая), а предусматривает и то, что вопросы, связанные с возмещением вреда в иных случаях, разрешаются в порядке гражданского судопроизводства.

Как указала коллегия, истец обратился в суд с иском и не в связи с реабилитацией.

Суд кассационный инстанции посчитал, что, разрешая заявленные требования в порядке гражданского судопроизводства, и, применяя нормы гражданского законодательства, суд не учел, что эти нормы (п. 1 ст. 1070 и абз. 3 ст. 1100 ГК РФ), закрепляя правило о том, что возмещение материального вреда и компенсация морального вреда, причиненного гражданину в результате, в частности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, производится независимо от вины соответствующих должностных лиц, не связывают принятие решения об этом только с наличием вынесенного в отношении этого гражданина оправдательного приговора или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям.

Таким образом, по мнению коллегии, действующее законодательство не исключает принятие судом решения о возмещении имущественного и морального вреда, причиненного гражданину незаконным привлечением его к уголовной ответственности и незаконным применением к нему меры пресечения в виде заключения под стражу, в том числе, в случаях, когда органом предварительного расследования, прокурором или судом не принято решение о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого.

Решением Заводского районного суда г. Кемерово от 28.12.2009 иск К. удовлетворен, с Министерства финансов РФ за счет казны РФ в его пользу взыскана компенсация морального вреда в сумме 10000 рублей. Решение вступило в законную силу.

В следующем случае в аналогичной ситуации позиции судов первой и кассационной инстанций противоположны приведенным выше.

Кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 01.04.2009 отменено решение Заводского районного суда г. Кемерово от 24.11.2008 по иску Медведевой.

Решением Заводского районного суда г. Кемерово от 24.11.2008 частично удовлетворено исковое заявление М. о возмещении морального вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов, с Министерства финансов РФ за счет казны РФ в пользу М. взыскано 200000 рублей.

Свои требования М. мотивировала тем, что в производстве Кемеровского областного суда находится уголовное дело, по которому в отношении нее избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, постановлением судьи указанного суда от 30.05.2008 срок содержания под стражей продлен до 30.08.2008. Однако, кассационным определением Судебной Коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ от 20.08.2008 это постановление отменено, она из-под стражи освобождена.

Разрешая спор по существу и удовлетворяя исковые требования М., суд пришел к выводу, что она незаконно содержалась под стражей 83 суток, в результате чего имеет право на реабилитацию в силу ч. 3 ст. 133 УПК РФ и компенсацию морального вреда.

Судебная коллегия не согласилась с выводом суда первой инстанции, указав следующее.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом РФ (ст. ст. 133 - 139, ст. ст. 397, 399 УПК РФ).

Исходя из содержания данных требований закона, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования).

По мнению коллегии, поскольку приговор по делу в отношении М. не постановлен, у истицы отсутствуют реабилитирующие основания на компенсацию морального вреда. То обстоятельство, что мера пресечения М. была изменена на более мягкую, не может служить основанием для ее реабилитации, поскольку предъявленное ей обвинение не снято, приговор в отношении М. не вынесен, мера пресечения может быть изменена в установленном законом порядке.

В других 2 случаях суды удовлетворяли аналогичные иски лиц, содержащихся под стражей по уголовному делу, в отношении которых в последующем был постановлен оправдательный приговор либо принято решение о прекращении уголовного преследования по реабилитирующему основанию.

Суды исходили из того, что сам факт оправдания лица или прекращения в отношении него уголовного преследования по реабилитирующему основанию свидетельствует о том, что применение в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражей в рамках данного дела было незаконным. При этом мера пресечения по указанным делам до принятия судом решения по существу не отменялась.

Так, решением Яшкинского районного суда от 06.10.2009 с Министерства финансов РФ за счет казны РФ в пользу Б. взыскана компенсация морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности и незаконным применением к нему меры пресечения в виде содержания под стражей, в размере 60000 рублей.

Судом установлено следующее.

23.11.2007 в отношении Б. было возбуждено уголовное дело по п. “а“ ч. 3 ст. 158 УК РФ. 27.11.2007 в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, постановлением Яшкинского районного суда от 22.01.2008 срок содержания под стражей продлен до 17.02.2008.

Приговором Яшкинского районного суда от 12.03.2008 Бородин осужден по п. “а“ ч. 3 ст. 158 УК РФ с применением п. “в“ ч. 7 ст. 79, ч. 1, 4 ст. 70 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от 06.05.2008 вышеуказанный приговор в отношении Б. отменен, уголовное преследование прекращено за непричастностью его к совершению преступления, за Б. признано право на реабилитацию и обращение в установленном порядке с требованием о возмещении имущественного и морального вреда.

Рассматривая исковое заявление, суд указал, что при изложенных обстоятельствах, факт незаконного привлечения истца Б. к уголовной ответственности и незаконного применения к нему меры пресечения заключения под стражу, а также причинная связь между действиями органов предварительного следствия, суда и перенесенными истцом нравственными и физическими страданиями является установленным. Решение вступило в законную силу.

В 1 случае судом было рассмотрено исковое заявление о возмещении морального вреда, причиненного в результате незаконного применения меры пресечения в виде заключения под стражу, поданное осужденным за совершение преступления.

Решением Таштагольского городского суда от 26.11.2009 Б. отказано в удовлетворении исковых требований о возмещении морального вреда, причиненного в результате незаконного применения меры пресечения в виде заключения под стражу.

Судом установлены следующие обстоятельства дела.

Приговором Таштагольского городского суда от 01.06.2009 Б. был осужден за совершение преступления, предусмотренного п. “а“ ч. 2 ст. 112 УК РФ к 1 году лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

При вынесении приговора истцу изменена мера пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, и он был взят под стражу в зале суда.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от 25.08.2009 приговор в части изменения меры пресечения отменен и истец освобожден из-под стражи. В остальной части приговор оставлен без изменения.

Истец содержался под стражей с 01.06.2009 по 31.08.2009.

Рассматривая заявление Б., суд пришел к выводу, что в данном случае основания для компенсации морального вреда отсутствуют, поскольку при изложенных обстоятельствах содержание Б. под стражей не является незаконным, исходя из правового толкования ч. 1 ст. 1070 ГК РФ. Несмотря на то, что судом второй инстанции мера пресечения Б. отменена, он является лицом, осужденным к реальному лишению свободы. Срок содержания Б. под стражей в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона засчитывается в срок отбытия наказания, назначенного по приговору суда. Отмена меры пресечения была связана с нарушением установленного законом порядка направления осужденного к месту отбыванию наказания в колонию-поселение, а не с незаконностью или необоснованностью привлечения Б. к уголовному преследованию.

Решение вступило в законную силу.

Таким образом, обобщение судебной практики показало, что отсутствие в ч. 3 ст. 133 УПК РФ каких-либо критериев оценки законности применения мер процессуального принуждения, порождает неоднозначное толкование названной нормы на практике.

Возникают в частности вопросы: возможно ли расценивать как основание для признания незаконным применение меры пресечения тот факт, что впоследствии она была заменена на более мягкую; как оценивать законность применения меры пресечения, когда уголовное преследование в отношении лица было прекращено по реабилитирующему основанию в части предъявленного обвинения либо в случае полной реабилитации лица, если при этом на момент избрания судом меры пресечения для ее применения имелись все основания, что было подтверждено вышестоящей судебной инстанцией?

Следует отметить, что в 2009 году имели место случаи рассмотрения судами исков о возмещении морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, заявителей - лиц, полностью оправданных по предъявленному обвинению либо уголовное преследование в отношении которых было полностью прекращено по реабилитирующему основанию, которые при этом в ходе производства по делу подвергались мерам процессуального принуждения.

По данным делам в подавляющем большинстве случаев суд лишь констатировал факт применения в отношении заявителя меры процессуального принуждения, ее вид, продолжительность и т.п., указывая, что сам факт ее применения, помимо прочего, подтверждает наличие у лица нравственных страданий, не вынося суждения о законности применения меры пресечения в ходе производства по уголовному делу (при том, что до реабилитации лица она не отменялась).

Лишь в 1 из изученных решений суд указал на незаконность применения меры пресечения, обосновывая свою позицию самим фактом прекращения уголовного дела по реабилитирующему основанию (решение Заводского районного суда г. Кемерово от 04.03.2009 по иску Г.).

Случаев возмещения вреда гражданам, незаконно подвергшимся принудительному приводу в качестве свидетеля и понесшим при этом убытки, либо подвергшимся досмотру или обыску с причинением не вызывавшегося необходимостью ущерба, либо понесшим убытки в связи с необоснованным наложением ареста на имущество, финансовые средства, изъятием документации в тех случаях, когда такие граждане сами не привлекались к уголовной ответственности, в 2009 году не установлено.

Применение статьи 134 УПК РФ

В соответствии со ст. 134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении признает за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

1). Следует ли признавать право на реабилитацию за лицами, в отношении которых постановлен оправдательный приговор или прекращено уголовное дело не по всему объему предъявленного обвинения, а лишь частично.

Как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд РФ в своих решениях (определения от 16 февраля 2006 года N 19-О, от “0 июня 2006 года N 270-О, от 18 июля 2006 года N 279-О и от 19 февраля 2009 года N 109-О-О) ст. 133 УПК РФ не содержит положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования по реабилитирующему основанию, по той лишь причине, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении какого-либо другого преступления.

По смыслу закона, в таких ситуациях суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении частично реабилитированному лицу вреда, если таковой был причинен в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, реабилитация может быть не только полной, но и частичной.

Частичная реабилитация имеет место тогда, когда было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования по реабилитирующему основанию в отношении некоторых преступлений при одновременном признании лица виновным в совершении какого-либо преступления.

С учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, частичная реабилитация может иметь место и в тех случаях, когда лицо было оправдано приговором суда по предъявленному обвинению частично, т.е. в отношении некоторых преступлений при одновременном признании лица виновным в совершении какого-либо преступления.

В этом случае суд в соответствии с ч. 1 ст. 134 УПК РФ может признать за лицом право на частичную реабилитацию.

Изучение судебные решений показывает, что судьи области в 2009 году разрешали данный вопрос по-разному.

Постановлением Беловского городского суда от 29.10.2009 Е. было отказано в признании права на реабилитацию и возмещении вреда, причиненного уголовным преследованием.

Ранее, постановлением суда от 19.05.2006 в отношении Е. прекращено уголовное дело: по ч. 1 ст. 327, ч. 1 ст. 330 УК РФ - в связи с отказом от обвинения государственного обвинителя; по ч. 3 ст. 327 УК РФ - в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Отказывая Е. в удовлетворении ходатайства, суд первой инстанции указал, что одно из оснований прекращения дела - истечение срока давности - не является реабилитирующим основаниям, оба преступления взаимосвязаны, в целом уголовное преследование в отношении него было законным, имели место событие и состав преступления, установлена причастность Е. к преступлению.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от 14.01.2010 постановление суда отменено. Судебная коллегия, в том числе, указала, что вывод суда о том, что Е. не имеет права на реабилитацию, поскольку в целом уголовное преследование было законным, не убедителен.

В 2009 году по 2 делам судьями при оправдании в части предъявленного обвинения за лицами, в отношении которых осуществлялось уголовное преследование, признавалось право на реабилитацию.

Например, приговором Заводского районного суда г. Кемерово от 22.10.2009 К. был осужден по ч. 2 ст. 159 УК РФ и оправдан за отсутствием состава преступления с признанием права на реабилитацию по ч. 2 ст. 325 УК РФ.

2). Признают ли суды право на реабилитацию при оправдании или прекращении по реабилитирующим основаниям дела по одной или нескольким статьям УК РФ, в тех случаях, когда это повлекло необоснованное содержание лица под стражей, потерю работы, дохода или заработка. Во всех ли подобных случаях суды признают за лицом право на реабилитацию, либо только в случаях отмены приговора и прекращения дела в надзорном порядке в соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ.

Содержание изученных судебных решений свидетельствует о том, что при оправдании и прекращении дела по реабилитирующему основанию судьи не устанавливают, имели ли место в ходе производства по уголовному делу необоснованное применение меры пресечения либо необоснованные потеря лицом времени, дохода или заработка, в том числе и когда одновременно признают за лицом право на реабилитацию.

3). Имелись ли в практике случаи, когда суд, при оправдании или прекращении по реабилитирующим основаниям дела по одной или нескольким статьям УК РФ, признавал за таким лицами лишь право на возмещение имущественного ущерба, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, не признавая за ними право на реабилитацию.

Случаев, когда суд, при оправдании или прекращении дела по реабилитирующим основаниям признавал за лицом лишь право на возмещение имущественного ущерба, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, не установлено.

В ходе обобщения судебной практики выявлены 3 случая, когда при оправдании лица по делу частного обвинения мировые судьи указывают на то, что лицу в соответствии с требованиями ст. ст. 1070, 1100 ГК РФ разъяснено “право на возмещение вреда и компенсацию морального вреда, причиненного ему в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности“.

Например, дело в отношении С., оправданной по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 130 УК РФ (приговор мирового судьи судебного участка N 1 Крапивинского района Кемеровской области от 19.02.2009).

4). Указывают ли суды в приговорах, кассационных и надзорных определениях и постановлениях о признании за оправданным, либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное дело, права на реабилитацию.

Исходя из положения ч. 1 ст. 134 УПК суд обязан указать в оправдательном приговоре, постановлении (определении) о прекращении уголовного преследования по реабилитирующему основанию о признании за лицом, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, права на реабилитацию, а также направить реабилитированному извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Изучение судебной практики показало, что судьи далеко не всегда указывают о признании за лицом права на реабилитацию в случае его оправдания либо при прекращении дела по реабилитирующему основанию.

Например, согласно данным статистики, в 2009 году районными (городскими) судами Кемеровской области было полностью оправдано 33 лица. Между тем, по сведениями представленным федеральными судами лишь за 13 лицами из числа оправданных признано право на реабилитацию, при том, что 2 лица были оправданы в части предъявленного обвинения.

Кассационной инстанцией в 2009 году было прекращено по реабилитирующим основаниям 1 дело (уголовное дело в отношении К. прекращено за отсутствием состава преступления). Право на реабилитацию за К. не признано.

Президиум Кемеровского областного суда, несмотря на положения п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, также не во всех случаях признает право на реабилитацию.

В 2009 году надзорной инстанцией в отношении 3 лиц уголовное преследование (в том числе в части) прекращено по реабилитирующим основаниям.

Постановлением президиума Кемеровского областного суда от 09.02.2009 были отменены судебные решения судов первой, апелляционной и кассационной инстанций в отношении Т., признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 130 УК РФ. Уголовное дело в отношении Т. прекращено за отсутствием состава преступления, за ним признано право на реабилитацию. Направлено извещение.

За отсутствием состава преступления без признания права на реабилитацию было прекращено в части обвинения по ч. 1 ст. 159 УК РФ дело в отношении Е. Извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, было направлено Е. лишь после его обращения в суд надзорной инстанции (постановление Президиума Кемеровского областного суда от 27.04.2009).

Постановлением Президиума Кемеровского областного суда от 20.07.2009 за отсутствием состава преступления прекращено в части обвинения по ч. 1 ст. 174-1 УК РФ дело в отношении Б. Право на реабилитацию не признано.

5). Является ли отсутствие соответствующего указания, о праве на реабилитацию, в приговоре, определении, постановлении, основанием для отказа судом в принятии заявления о возмещении ущерба в соответствии со статьей 133 УПК РФ.

6). Является ли отсутствие соответствующего указания о праве на реабилитацию в приговоре, определении постановлении основанием для отказа судом в принятии искового заявления в порядке гражданского судопроизводства о возмещении ущерба в соответствии со статьей 1070 ГК РФ.

Полагаем, что в любом случае отсутствие в судебном решении указания о праве лица на реабилитацию не является основанием для отказа судом в принятии заявления о возмещении ущерба.

В 2009 году случаев отказа в принятии заявлений о возмещении вреда в порядке ст. 399 УПК РФ либо порядке гражданского судопроизводства по данному основанию не установлено.

Так, по делу в отношении Ш. в оправдательном приговоре суд не признал за ним права на реабилитацию, однако, указал на наличие у оправданного такого права, рассматривая ходатайство последнего о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования, в порядке ст. 399 УПК РФ (постановление Ленинского районного суда г. Кемерово от 23.12.2009).

7). Всегда ли реабилитированным гражданам направляются извещения с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

По сведениям, предоставленным судами области, в 2009 году во всех случаях признания права на реабилитацию лицам направлялись подобные извещения.

8). Каким судом направляются такие извещения реабилитированным гражданам в тех случаях, когда приговор отменен или изменен вышестоящим судом - вышестоящим судом или судом, вынесшим необоснованный приговор. В какой суд в этих случаях предъявляются требования о возмещении вреда реабилитированными лицами.

В 2009 году в случаях, когда право на реабилитацию признавалось при отмене или изменении приговора вышестоящей инстанцией, извещение реабилитированным лицам направлялось судебной инстанцией, изменившей (отменившей) приговор (например: дела в отношении Т., Е., примеры приведены выше).

Случаев предъявления реабилитированными по таким делам лицами требований о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования, не выявлено.

Статья 135 УПК РФ

1. В каком объеме должна возмещаться реабилитированным лицам заработная плата другие доходы (п. 1 ч. 1 ст. 135 УПК РФ), в тех случаях, когда их размер, рассчитанный в соответствии с п. п. 8 и 9 Инструкция по применению Положения о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия утвержденного Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 года, оказывается ниже заявленных требований и не позволяет полностью компенсировать утраченные суммы заработка и других доходов.

По сведениям, предоставленным судами, в 2009 году в области было рассмотрено 1 заявление реабилитированного лица о возмещении в связи с уголовным преследованием заработной платы.

Постановлением Междуреченского городского суда от 08.12.2009 Т. было отказано в удовлетворении требования о возмещении заработной платы в связи с незаконным содержанием по стражей по уголовному делу. Судом было установлено, что заявитель до применения в отношении него меры пресечения уволился с места работы по собственному желанию по обстоятельствам, не связанным с уголовным преследованием.

Заявления реабилитированных о возмещении других неполученных доходов судами области в 2009 году не рассматривались.

Между тем, в соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право реабилитированного лица на полное возмещение причиненного вреда в данном случае не может быть ограничено названным Положением или другим нормативным актом.

Кроме того, в случае коллизии между принятыми в разное время нормативными актами равной юридической силы действует последующий закон, даже если в нем отсутствует специальное предписание об отмене ранее принятых законоположений (Постановление Конституционного Суда РФ от 29.06.2004 N 13-П).

С учетом изложенного, считаем, что компенсация реабилитированному утраченных заработной платы и иных доходов должна производиться в полном объеме.

2. Какие иные расходы подлежат возмещению в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 135 УПК РФ? Относятся ли к ним только расходы которые понесены реабилитированным непосредственно в связи с уголовным преследованием, либо должны включаться затраты на восстановление здоровья, возмещение убытков связанных с утратой своего дела, упущенной выгодой и другие.

По сведениям, предоставленным судами области, в 2009 году в подавляющем большинстве реабилитированные лица обращались с заявлениями о возмещении сумм, выплаченных ими за оказание юридической помощи.

В 2009 году имели место 2 случая обращения лиц с требованием о взыскании и иных расходов, связанных с уголовным преследованием, в порядке ст. 399 УПК РФ.

Постановлением Ленинского районного суда г. Кемерово от 15.10.2009 с Министерства финансов РФ в пользу реабилитированного Ш., помимо расходов на оплату услуг по оказанию юридической помощи, взысканы средства, которых с учетом уровня инфляции он лишился в связи с произведенным в рамках производства по уголовному делу арестом денежных средств в банке, а также средства, затраченные на оплату гостиницы в связи с участием в уголовном процессе.

Решением Ленинского районного суда г. Кемерово от 23.09.2009 с Министерства финансов РФ за счет казны РФ в пользу оправданного судом Л. взыскана компенсация морального вреда причиненного в результате уголовного преследования. Вместе с тем, суд отказал истцу во взыскании расходов на оплату лекарств, поскольку в судебном заседании тот не представил доказательства причинно-следственной связи между привлечением его к ответственности и ухудшением состояния его здоровья, возникновением или развитие имеющихся у его заболеваний.

Следует отметить, что при этом суд критически оценил доводы представителя ответчика о прекращении производства по делу в указанной части в связи с тем, что данные требования подлежат рассмотрению в порядке уголовного судопроизводства. По мнению суда, в данном случае истцом заявлены требования о возмещении вреда, причиненного здоровью в виде затрат на лекарства за период с 2003 г. по 2009 г., то есть не только в период расследования и рассмотрения в отношении него уголовного дела (Л. оправдан 24.05.2005). Суд указал, что данные требования связаны с восстановлением здоровья, а не расследованием уголовного дела, а в уголовно-процессуальном порядке рассматриваются именно требования о возмещении расходов, понесенных при рассмотрении уголовного дела.

Уголовно-процессуальное законодательство, гл. 18 УПК, в частности, устанавливает порядок возмещения государством вреда, причиненного в результате незаконных действий при осуществлении уголовного судопроизводства, исходя из конституционных положений о том, что каждому гарантируется право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц и, что государство обеспечивает потерпевшим от злоупотреблений властью доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. ст. 52 и 53 Конституции РФ).

Как уже отмечалось, в ст. 133 УПК РФ прямо указано, что вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, должен возмещаться государством в полном объеме.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что в случае причинения гражданину вреда действиями правоохранительных органов, закон не ограничивает право лица на возмещение всех понесенных убытков.

3. На какие органы возлагают суды обязанность по возмещению ущерба причиненного реабилитированному гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности.

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Из положений ст. 1071 ГК РФ следует, что в случаях, когда в соответствии с ГК РФ или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Исходя из названных положений, надлежащими ответчиками по делам о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования, являются: Министерство финансов Российской Федерации, если вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации; управление финансов субъекта Российской Федерации, если вред возмещается за счет казны субъекта Российской Федерации; финансовый отдел субъекта муниципального образования, если вред возмещается за счет казны этого образования.

Во всех поступивших на изучение судебных решениях обязанность по возмещению вреда, причиненного реабилитированному гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возложена на Министерство финансов РФ. Одновременно судами практически во всех случаях указывается на то, что вред подлежит возмещению за счет средств казны Российской Федерации.

Из поступивших на изучение копий 21 решения судов области, принятых в порядке гражданского судопроизводства, выявлен единственный случай, когда суд возложил ответственность на Министерство финансов РФ, не указав на источник взыскания - средства казны РФ (решение Мариинского городского суда Кемеровской области по иску Б.).

Вместе с тем, как показал анализ судебной практики, иски о возмещении ущерба, причиненного реабилитированному гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, предъявляются истцами к различным органам государственной власти.

Так, Ч. обратилась в суд с иском к Министерству финансов РФ, УФК по Кемеровской области, прокуратуре г. Березовского о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов в связи с незаконным привлечением ее к уголовной ответственности. Суд, в свою очередь, указал, что надлежащим ответчиком по данному делу является Министерство Финансов РФ.

4. В каких случаях суды рассматривают заявления граждан, о возмещении имущественного вреда, причиненного в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, осуждением или содержанием под стражей, в порядке гражданского судопроизводства (статьи 1069 и 1070 ГК РФ), а не в порядке, предусмотренном статьей 399 УПК РФ.

В соответствии с ч. 5 ст. 135 УПК РФ требование о возмещении имущественного вреда разрешается судьей в порядке, установленном ст. 399 УПК РФ для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора.

Согласно ч. 1 ст. 135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение:

1) заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых он лишился в результате уголовного преследования;

2) конфискованного или обращенного в доход государства на основании приговора или решения суда его имущества;

3) штрафов и процессуальных издержек, взысканных с него во исполнение приговора суда;

4) сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи;

5) иных расходов.

Обобщение судебной практики, показало, что судьями области в 2009 году рассматривались требования о возмещении имущественного вреда и в порядке гражданского судопроизводства.

В частности, на изучение поступило 1 решение по иску о взыскании расходов на оказание юридической помощи, а также 2 - по требованиям о компенсации морального вреда и одновременно о возмещении сумм, выплаченных за оказание юридической помощи.

Так, Б. обратился в суд с требованиями к Министерству финансов РФ о возмещении расходов на оплату юридической помощи по уголовному делу в размере 67000 рублей. Решением Мариинского городского суда Кемеровской области от 02.09.2009 исковые требования Б. удовлетворены в полном объеме.

Согласно содержанию решения, удовлетворяя требования истца, суд исходил из положений ст. ст. 1070, 1071 ГК РФ, а также положений ст. 133 УПК РФ. Как указано в решении, поскольку в судебном заседании истцом был доказан факт оказания услуг адвокатом по уголовному делу, и истец понес судебные расходы, его требования обоснованны и подлежат удовлетворению в полном объеме.

Решением Березовского городского суда Кемеровской области от 17.04.2009 удовлетворены исковые требования К. о компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, а также расходов на оказание юридической помощи по уголовному делу.

В приведенных случаях судьи не учли, что требование о взыскании расходов на оказание юридической помощи по уголовному делу не может быть рассмотрено в порядке гражданского судопроизводства в силу прямого указания закона, а потому производство по делу в этой подлежало прекращению на основании п. 1 ч. 1 ст. 134, ст. 220 ГПК РФ.

5. По делам частного обвинения:

а) Признают ли суды право на реабилитацию за гражданами, в отношении которых вынесен оправдательный приговор по делам частного обвинения. Указывают ли суды в оправдательном приговоре по таким делам о реабилитации и праве на возмещение ущерба?

По сведениям, предоставленным мировыми судьями области, в 2009 году по делам частного обвинения было оправдано с признанием права на реабилитацию 11 лиц по 9 делам.

Кроме того, как уже отмечалось, по 3 уголовным делам частного обвинения мировые судьи, не указывая на признание такого права, разъясняли оправданным лицам право на возмещение вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, в соответствии со ст. ст. 1070, 1100 ГК РФ (например, дело в отношении Ступицкой, приговор мирового судьи судебного участка N 1 Крапивинского района от 19.02.2009).

Случаев прекращения уголовного преследования с признанием права на реабилитацию по делам частного обвинения в 2009 году не установлено.

Вместе с тем, среди судей существует мнение о том, что положения о реабилитации, предусмотренные в гл. 18 УПК РФ, не распространяются на дела частного обвинения, поскольку в данном случае уголовное преследование осуществляется не государством, а частным обвинителем.

Так, постановлением мирового судьи судебного участка N 3 Таштагольского района от 26.06.2009 было отказано в возмещении имущественного вреда (возмещение расходов на оплату услуг защитника) М., оправданному по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ. М. судья, в частности, указал, на то, что положения о реабилитации, предусмотренные ст. 135 УПК РФ, не могут быть применены по делу частного обвинения.

Впоследствии постановление и апелляционное решение, которым решение мирового судьи было оставлено без изменений, отменены судом кассационной инстанции, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение (определение судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от 20.10.2009).

Постановлением Таштагольского городского суда от 24.11.2009 при новом апелляционном рассмотрении дела решение мирового судьи отменено, требование М. удовлетворено.

Следует отметить, что по данному делу М. первоначально был осужден мировым судьей по предъявленному ему частному обвинению и оправдан лишь судом апелляционной инстанции.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством. В п. 2 ч. 2 ст. 133 УПК РФ предусмотрено признание права на реабилитацию в случае прекращения дела в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения.

С учетом этих положений, возникает вопрос: имеет ли право на реабилитацию в соответствии с гл. 18 УПК РФ лицо, оправданное по делу частного обвинения либо в отношении которого дело прекращено в связи с неявкой частного обвинителя или в данном случае возмещение вреда, причиненного в результате уголовного преследования, должно осуществляться в порядке гражданского судопроизводства и применение норм указанной главы возможно лишь в случае отмены решения мирового судьи вышестоящей судебной инстанцией?

б) С кого взыскивается ущерб по делам частного обвинения, по которым вынесен оправдательный приговор (прекращено дело) - с частного обвинителя или возмещается за счет казны Российской Федерации. Учитывается ли при решении этого вопроса основания по которым вынесен оправдательный приговор (прекращено дело) частного обвинения - неявка частного обвинителя, недоказанность обвинения и т.п.

в) В каком порядке (исковом или в порядке статьи 399 УПК РФ) рассматриваются заявления о взыскании ущерба при оправдании (прекращении дела) по делам частного обвинения.

В 2009 году ходатайства (заявления) о возмещении ущерба по делам частного обвинения в порядке гл. 18 УПК РФ либо в порядке гражданского судопроизводства судами области не рассматривались.

г) Рассматривались ли судами дела по заявлениям оправданных лиц о привлечении к ответственности за заведомо ложный донос или заведомо ложные показания, лиц являвшихся частными обвинителями по этим делам.

В 2009 году указанные заявления судами области не рассматривались.

Применение статьи 136 УПК РФ

Согласно ч. 1 ст. 136 УПК РФ в случае признания за лицом права на реабилитацию прокурор от имени государства приносит официальное извинение реабилитированному за причиненный ему вред.

1) Всегда ли суды указывают в решениях в соответствии с ч. 1 статьи 136 УПК РФ конкретное должностное лицо органов прокуратуры обязанное принести извинение реабилитированному лицу за причиненный ему вред.

Как уже отмечалось, в 2009 году судами области с признанием права на реабилитацию оправдано 13 лиц по 8 уголовным делам публичного обвинения, в отношении 1 лица дело прекращено с признанием такого права.

Проведенное обобщение показало, что судьи не указывают в решениях на обязанность прокурора принести реабилитированному лицу извинения от имени государства за причиненный вред.

В 2009 году установлен 1 случай, когда суд указал на обязанность прокурора принести извинения в соответствии с ч. 1 ст. 136 УПК РФ при рассмотрении ходатайства оправданного лица в порядке ст. 399 УПК РФ.

Так, по результатам рассмотрения ходатайства Ш., оправданного приговором Ленинского районного суда г. Кемерово от 04.08.2008, о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования, суд обязал прокурора Ленинского района г. Кемерово Кемеровской области от имени государства принести Ш. официальное извинение за вред причиненный ему незаконным привлечением к уголовной ответственности и незаконным применением меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (постановление от 23.12.2009).

Между тем, следует отметить, что из положений ст. 136 УПК РФ не ясно: каким образом, и должен ли фиксироваться в решении о реабилитации факт принесения прокурором извинения перед реабилитированным; обязан ли суд указывать на обязанность прокурора принести извинения в резолютивной части приговора (постановления)?

2) В каком порядке рассматриваются заявления реабилитированных граждан о неисполнении прокурором решения суда о принесении извинений реабилитированному лицу в порядке статьи 125 УПК РФ или в порядке гражданского судопроизводства.

Подобных заявлений в 2009 году в суды области не поступало.

3) В каком размере взыскивается моральный вред, причиненный реабилитированным гражданам - указать минимальный и максимальный размер взысканного вреда.

В соответствии со ст. 151, п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера и степени причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда, иных фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда учитываются требования разумности и справедливости.

Анализ судебной практики за 2009 год показал, что, обращаясь в суд с требованиями о компенсации морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, граждане оценивают причиненные им нравственные страдания в пределах от 100000 рублей до 5000000 рублей.

Однако судами области данные исковые требования удовлетворяются частично, при этом размеры взыскиваемого морального вреда варьируются в пределах от 10000 рублей до 500000 рублей.

Так, Ч. обратилась в суд с иском к Министерству финансов РФ, Федеральному казначейству РФ и прокуратуре Кемеровской области о компенсации морального вреда в размере 300000 рублей в связи с незаконным привлечением ее к уголовной ответственности. Решением Беловского городского суда Кемеровской области от 07.09.2009 требования Ч. удовлетворены частично, в ее пользу с Министерства финансов РФ за счет казны РФ в счет компенсации морального вреда взыскано 10000 рублей.

Судом первой инстанции установлено, что в марте 2008 года в отношении истицы было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 312 УК РФ, а в октябре 2008 года оно было прекращено за отсутствием в ее действиях состава преступления. Таким образом, дознание в отношении истицы длилось около семи месяцев. При производстве по уголовному делу в отношении истицы совершались различные процессуальные действия: она неоднократно допрашивалась в качестве подозреваемой, ее знакомили с материалами уголовного дела, она подвергалась приводу. Поскольку уголовное дело в отношении истицы было прекращено за отсутствием в ее действиях состава преступления, суд пришел к выводу о том, что привлечение ее к уголовной ответственности было незаконным, поэтому частично удовлетворил исковые требования о компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд руководствовался положениями ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, принял во внимание характер и степень причиненного истице вреда, а также тот факт, что каких-либо тяжких последствий для истицы не наступило. С учетом названных обстоятельств, а также фактических обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, суд определил компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей. Определением суда кассационной инстанции от 18.12.2009 решение оставлено без изменения.

В другом случае Б. по аналогичному основанию обратилась в суд с иском к Министерству финансов РФ, Управлению Федерального казначейства РФ по Кемеровской области о компенсации морального вреда в размере 500000 рублей. Решением Яшкинского районного суда Кемеровской области от 18.11.2009 в пользу истицы в счет компенсации морального вреда взыскано 10000 рублей.

Как видно из решения суда, в августе 2008 года в отношении истицы было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ. В мае 2009 года производство по делу было прекращено за отсутствием в действиях Б. состава преступления, за ней признано право на реабилитацию.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции учел, что за период производства по уголовному делу истица в статусе обвиняемой не находилась, каких-либо мер процессуального принуждения в отношении нее не применялось, однажды она была допрошена, была проведена судебная экспертиза. Иные следственные действия в отношении нее не производились. Также суд принял во внимание иные фактические обстоятельства дела, характер причиненных страданий, ее возраст и индивидуальные особенности, длительность уголовного преследования (около 9 месяцев), а также требования раз“мности и справедливости и то обстоятельство, что истицей не было представлено доказательств каких-либо негативных последствий.

По другому делу Ленинский районный суд г. Кемерово взыскал с Министерства финансов РФ за счет казны РФ в пользу Л. в счет компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, 500000 рублей.

Судом установлено, что 22.05.2003 истец был задержан по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных п. п. “а“, “в“ ч. 3 ст. 286, ч. 4 ст. 111 УК РФ; 23.05.2003 ему было предъявлено обвинение в совершении данных преступлений, в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде. Приговором Ленинского районного суда г. Кемерово от 24.05.2005 Л. оправдан в совершении указанных преступлений. Между тем, указанное уголовное дело получило широкую общественную огласку, сведения об истце дважды были опубликованы в СМИ, указанное также негативно отразилось на его службе, здоровье и отношениях с окружающими.

При определении размера компенсации морального вреда суд учел то, что истец обвинялся в совершении преступлений, относящихся к категории тяжких и особо тяжких, кроме того, с момента задержания Л. до момента его вступления в законную силу оправдательного приговора суда прошло более 3-х лет, дело получило большой общественный резонанс, что существенно повлияло на отношение окружающих к нему. Степень нравственных страданий истца усиливало также то, что он был ограничен в своих правах и в свободе, к нему была применена мера пресечения в виде подписки о невыезде.

С учетом изложенного, суд определил компенсацию морального вреда истцу в размере 500000 руб.

В среднем же размер взыскиваемой судом компенсации морального вреда, причиненного гражданину в результате незаконного уголовного преследования, в 2009 году составил 50000 - 100000 рублей.

Как следует из анализа поступивших на изучение копий судебных постановлений, при определении размера компенсации морального вреда по таким делам суды учитывают характер действий, причинивших вред, и степень тяжести преступления, за совершение которого гражданин привлекался к уголовной ответственности, либо был осужден, либо в связи с которым в отношении него избирались соответствующие меры пресечения.

Во всех случаях суды области указывают, что само по себе незаконное осуждение, либо привлечение к уголовной ответственности, а также применение меры пресечения свидетельствует о причинении гражданину физических и нравственных страданий, что соответственно уже является основанием для взыскания компенсации морального вреда.

При этом из анализа поступивших на изучение копий судебных решений следует, что суды во всех случаях принимают во внимание, что незаконное привлечение лица к уголовной ответственности за совершение преступления, относящегося к категории тяжких и особо тяжких, влечет для него большие нравственные страдания и, соответственно, причиняет больший моральный вред.

Также судами области во всех случаях при определении размера компенсации морального вреда учитывается длительность производства по уголовному делу (применения меры пресечения) и нахождения лица в соответствующем статусе (подозреваемого, обвиняемого, осужденного), а также вид меры пресечения.

Так, Г. обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, просил взыскать в его пользу 200000 рублей.

Судом установлено, что в феврале 2004 года в отношении истца было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 199-2 УК РФ, в августе того же года ему было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 160, 199-2 УК РФ. Тогда же в отношении истца была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. В мае 2008 года производство по уголовному делу в отношении истца было прекращено за отсутствием в его действиях состава преступлений, в совершении которых он обвинялся, за Г. признано право на реабилитацию.

При определении размера компенсации морального вреда суд принял во внимание характер и степень причиненного вреда, а именно: длительность производства по уголовному делу и применения в отношении Г. меры пресечения (более трех лет), тяжесть преступлений, в совершении которых он обвинялся, а также особенности личности истца.

На основании изложенного, с учетом требований разумности и справедливости суд определил компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей (решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 14.04.2009).

При определении размера компенсации морального вреда судами области учитывались также: степень распространения информации среди друзей, знакомых реабилитированного; влияние незаконных действий, причинивших вред, на состояние его здоровья; его личность и индивидуальные особенности, конкретные фактические обстоятельства дела.

Так, при рассмотрении иска Б. о компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности судом было установлено, что в ноябре 2007 года в отношении Б. было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного п. “а“ ч. 3 ст. 158 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Приговором Яшкинского районного суда от 12.03.2008 Б. был признан виновным в совершении указанного преступления и осужден к 4 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. Однако судом кассационной инстанции приговор суда первой инстанции отменен, уголовное дело в отношении Б. прекращено за его непричастностью к совершению преступления. За Б. признано право на реабилитацию, он освобожден из-под стражи.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание характер и степень физических и нравственных страданий истца, выразившихся в том, что он, находясь под стражей по вышеназванному уголовному делу, в течение более пяти месяцев был изолирован от общества, семьи, содержался в следственном изоляторе при наличие у него на тот момент хронического заболевания - ВИЧ в латентной стадии и сотрясения головного мозга, учел индивидуальные особенности истца, который неоднократно судим, ранее реально отбывал наказание в местах лишения свободы, в настоящее время отбывает наказание в виде лишения свободы, а также требования разумности и справедливости, поэтому частично удовлетворил исковые требования Б., взыскав в его пользу компенсацию морального вреда в размере 60000 рублей.

4) Взыскивается ли моральный вред по искам граждан, в отношении которых судом не указано о праве на реабилитацию.

Как уже отмечалось, случаев отказа в возмещении вреда, в том числе морального, по указанному основанию, в 2009 году не установлено.

В частности, анализ копий судебных решений, поступивших на изучение показал, что моральный вред, причиненный в результате незаконного уголовного преследования, возмещается судами независимо от наличия (отсутствия) указания в приговоре, определении, постановлении о праве на реабилитацию.

Так, по результатам изучения копий судебных решений установлено, что в 14 случаях из 21 в решении суда имеется указание на то, что за истцом признано право на реабилитацию в результате незаконного уголовного преследования.

В 6 случаях в решениях суда указания о признанном за гражданином праве на реабилитацию отсутствуют, в 1 случае в решении суда прямо указано на отсутствие в определении суда по уголовному делу указания о праве гражданина на реабилитацию. При этом, по всем 7-и указанным делам исковые требования о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованиям были удовлетворены.

Так, Е. обратилась в суд с иском к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности.

Из решения суда усматривается, что Е. обвинялась в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 285, 286, ч. 1 ст. 192 УК РФ, в отношении нее была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, также она была временно отстранена от занимаемой должности. Приговором Новокузнецкого районного суда от 26.06.2007 Е. была признана виновной в совершении указанных преступлений, ей было назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года, от которого на основании Постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ “Об объявлении амнистии“ она была освобождена. Впоследствии кассационным определением Кемеровского областного суда от 04.10.2007 приговор в отношении Е. был отменен, уголовное дело прекращено за отсутствием в ее действиях состава преступлений. При этом в кассационном определении о праве Е. на реабилитацию не указано.

Удовлетворяя требования истца в части, Новокузнецкий районный суд в решении от 24.07.2009 указал, что поскольку уголовное преследование в отношении истицы было прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (за отсутствием в действиях состава преступления), то есть по реабилитирующему основанию, несмотря на отсутствие в кассационном определении Кемеровского областного суда указания о ее праве на реабилитацию, Е. имеет право на нее в силу закона, а значит имеет право и на компенсацию морального вреда.

Применение статьи 138 УПК РФ

Всегда ли суды решают вопросы о восстановлении трудовых пенсионных жилищных и иных прав реабилитированных граждан в порядке, установленном статьей 399 УПК РФ. Имеются ли случаи передачи судами решения этих вопросов в порядке гражданского судопроизводства. Если такие случаи есть, то по каким основаниям суды передают решение этих вопросов в порядке гражданского судопроизводства.

В 2009 году в суды области не поступали заявления о восстановлении трудовых пенсионных жилищных и иных прав реабилитированных граждан.

Применение статьи 139 УПК РФ

1) Рассматривались ли заявления о возмещении вреда юридическим лицам. Сколько рассмотрено таких заявлений. Сколько заявлений удовлетворено, по скольким приняты решения об отказе в удовлетворении. По каким основаниям было отказано в удовлетворении заявлений.

2) Какой вред просили возместить юридические лица: вред причиненный имуществу юридического лица; вред, причиненный деловой репутации юридического лица; моральный вред.

3) В каком размере взыскивался вред причиненный юридическим лицам - указать минимальный и максимальный размер взысканного вреда.

4) От чьего имени подаются заявления по таким делам - от имени юридического лица или от имени его учредителя (владельца).

5) В каком порядке рассматриваются требования о возмещении вреда юридическим лицам - в порядке главы 18 УПК РФ либо в порядке гражданского судопроизводства.

В 2009 году судами Кемеровской области не рассматривались заявления юридических лиц о возмещении вреда в порядке гл. 18 УПК РФ либо в порядке гражданского судопроизводства.

Отдел кодификации и систематизации

законодательства, судебной практики

Кемеровского областного суда